Общество

Дети of the USA. Как живут саратовские сироты, усыновленные американцами

Комментарии:6
Просмотры: 2370

Они живы и здоровы, и у них всё хорошо. Бывший омбудсмен Павел Астахов, чьи дети живут в Ницце, наша землячка Ольга Баталина, другие депутаты Госдумы, принимавшие «закон Димы Яковлева», должны притворно удивиться, узнав об этом. Этих детей «спасти» им не удалось – они попали в американские семьи задолго до того, как был принят резонансный закон, и теперь лишены возможности стоять по 13 лет в очереди на жилье и многих других государственных благ.

 

«Человек имеет право на жизнь»

В предыдущей статье мы рассказывали об истории детского дома №2, последнего учреждения такого рода в Саратове, закрытом после принятия «закона Димы Яковлева». Высокопоставленные чиновники посчитали благом не отдавать сирот в семьи «садистов-американцев» и закрыть половину детдомов в России. Детей – раздать в российские семьи, стимулируя сознательных взрослых рублем (пропагандировалась новая форма семейного устройства, помимо усыновления и опеки, – приемная семья, когда приемным родителям выплачивается зарплата и идет трудовой стаж), оставшихся – спрятать с глаз долой в интернаты в отдаленных населенных пунктах.

«Я считаю, любой человек имеет право на жизнь – неважно, где, – высказывается Галина Ефимова, бывший директор закрытого детского дома №2. – У нас были дети с серьезными заболеваниями, помочь которым не везде могут. Например, Даша и Леша: у девочки были простужены обе почки, стоял катетер, а у ее брата – кретинизм. Их обоих усыновили в США. И когда нам прислали отчеты, мы не узнали детей! Даше сделали операцию и убрали катетер, с Лешей стали усиленно заниматься. К сожалению, детей-сирот с инвалидностью, ментальными заболеваниями, ВИЧ в России по-прежнему усыновляют не так активно».

В Саратовской области бум международного усыновления приходился на 1997-2004 годы. Тогда действовали ежегодные обменные программы, по которым воспитанников российских детдомов приглашали гостить в американские семьи.

Саратовский детдом №2 участвовал в 1997 году в программе «Летние чудеса в Америке» и в 2001 году в программе «Вишневый сад». В насыщенном графике значились встречи, культурные походы, пикники и аттракционы. Кульминацией программы «Вишневый сад» была торжественная посадка дерева дружбы – вишни. «И в этот исторический момент, когда нас снимает американское телевидение, Надя Зорькина бросает вскопанную землю на кроссовки Феде Цою. А он как закричит: «Ты ду-у-ура! Я тебя убью!» Я успокаиваю его: мы вместе ее убьем, но позже – нас снимают. А Надя дразнит: не убьешь, не убьешь!» – смеясь, вспоминает Галина Ефимова.

Выходило так, что американские семьи, у которых гостили воспитанники детдома, позже приезжали в Саратов забирать одного или нескольких детей. Потом рассказывали своим знакомым, и те тоже приезжали. Ни одного случая возвращения ребенка или печального финала не было.

 

Кем они стали

Так обрел свою семью воспитанник детдома Юра Кирюхин – тот самый маленький мальчик на заставке передачи «Где ты, мама?». На фотографиях саратовского фотохудожника Игоря Чижова запечатлен момент встречи Юры с американской мамой, врачом Беттани Венит. Воспитатели помнят Юру тихим, послушным мальчиком-интровертом. Сегодня Юрий Венит – помощник менеджера в маркетинговой компании и отец.

Беттани Венит усыновляет Юру Кирюхина. 2004 год. Фото Игоря Чижова

 

Юрий Венит. Фото здесь и далее – социальные сети

 

Гришу Колпакова родные тети несколько раз обнадеживали обещанием забрать из детдома, но в итоге так и не сдержали слово. А потом его взяли в семью американские родители. На свежем фото в соцсетях Джон Пунако (Григорий Колпаков) и Сергей Джун (Серветник), который пробыл в детдоме совсем недолго и вскоре был усыновлен в США, – большие бородатые парни, отлично играющие в американский футбол и баскетбол.

Джон Пунако

 

Сергей Джун

14 лет назад Анастасия и Татьяна Верчинские и Алина Горбатенко попали в семью рестораторов Лорри и Джери Богедин. У них есть брат – биологический сын родителей. Сейчас 27-летняя Анастасия работает барменом и официанткой и одновременно проходит онлайн-курсы от университета, а 26-летняя Алина – парикмахер. Девушки рассказывают, что очень хотят приехать в Россию, где не были с момента усыновления.

«Помню, что весь дом был разделен на четыре секции, которые назывались семьями, – и это было именно то, что мы чувствовали. Воспитатели относились к нам как к своим собственным детям, и мы все звали их мамами. У нас было много поездок, волшебных праздников, и воспитатели никогда не забывали про наши дни рождения, – пишет на английском Анастасия Богедин. – Как только переехала, я переписывалась со старой учительницей из средней школы, которую мы посещали. Она была нашим учителем технологии, ее зовут Вера Ситникова. Мы писали друг другу письма первый год, а потом я стала забывать русский, и переписка прекратилась».

Анастасия Богедин
Анастасия Богедин

Алина вспоминает, как переживала перед первым днем в американской школе, потому что тогда еще плохо говорила на английском. «К счастью, я выучила язык очень быстро (и, к сожалению, начала забывать русский). Американская школа показалась мне абсолютно непохожей на российскую – намного строже, думаю», – добавляет Алина Богедин.

25-летняя Елена Векзорек (Габова) – социальный работник для людей с особыми потребностями. У нее есть брат и сестра. Отец занят в семейном бизнесе (гаражи), а мама работает менеджером в ресторане.

Елена Векзорек (слева) и Алина Богедин (справа)
Елена Векзорек (слева) и Алина Богедин (справа)

Все молодые люди живут в разных городах штата Пенсильвания и общаются друг с другом. Нынешним летом они узнали от своей подруги по детдому Анастасии Лэйрд (Колосовой) о «российской версии фейсбука», зарегистрировались и нашли своих друзей и воспитателей. «Мы переписывались всю ночь, объяснялись с помощью гугл-переводчика и плакали», – говорят бывшие сотрудники детского дома.

Анастасию Лэйрд воспитатели помнят озорной хулиганкой, заводилой, «пацанкой». «Библиотекарша жаловалась: объясните Насте Колосовой, что в библиотеку колесом входить нельзя. Мы ее уговаривали надеть юбку хотя бы на парад – она соглашалась, но при условии, что можно будет надеть под низ шорты. Она еще не закончила маршировать, как в конце уже стаскивала с себя юбку. В лагере хотела полезть с кулаками, когда домашние дети обозвали наших «бездомными». Мы ее успокаивали: Настюш, не обращай внимания. Какие же вы бездомные?! У вас есть дом», – вспоминает Светлана Филиппова, работавшая в детдоме воспитателем.

О детских воспоминаниях и своей жизни в Штатах подробно рассказывает сама 25-летняя девушка.

 

Анастасия Лэйрд (Колосова):
Я ОБСУЖДАЛА С ПОДРУГАМИ МНОГО РАЗ, КАКОЙ БЫЛА БЫ НАША ЖИЗНЬ, ЕСЛИ БЫ МЫ ОСТАЛИСЬ В РОССИИ

«У меня осталось много сильных впечатлений о жизни в детдоме №2. Никогда не забуду мой последний день там, когда микроавтобус уезжал прочь, а мои друзья и воспитатели махали мне на прощание рукой. И хотя это был очень счастливый день, мне было грустно покидать мою российскую семью.

Настя Колосова в последний свой день в детдоме. 2004 год

Я принимала всех детей за моих старших и младших братьев. Мы, дети, играли с игрушками и куклами Барби, гоняли мяч во дворе. И еще мы наряжались и разыгрывали семью – какой мы ее себе представляли. На праздники я любила танцевать и выступать с друзьями перед гостями, которые посещали наш детдом. Помню, перед Рождеством каждый ребенок получал коробку, полную шоколада – это был долгожданный момент! До сих пор храню здесь, в Америке, красную коробочку – это был мой последний подарок, который я получила, до того как обрела семью. Я всегда ждала с нетерпением праздников, потому что это значило, что нам приготовят что-нибудь вкусненькое и дадут больше угощений. А еще каждое лето мы ездили в летний лагерь. Я любила заводить там новых друзей и соревноваться в разных играх, потому что я очень ловкая и задорная.

Письмо Насти Галине Ефимовой. 2007 год

Моя американская семья просто замечательная, я не могла бы мечтать о лучшем. С тех пор как я встретила этих людей, я чувствую себя частью семьи. Мы живем в Уильямспорте, штат Пенсильвания. У меня два старших брата и одна старшая сестра. Мою маму зовут Ширли, она учитель, мы очень с ней близки и делаем всё всегда вместе. Папу зовут Скотт, он только вышел на пенсию в сентябре, а раньше работал с дикой природой. Моему старшему брату Адаму 29, а другому, Эндрю, 26, и он ассистент терапевта. Когда я только переехала в США, мы с Эндрю быстро нашли общий язык, потому что я была атлетичной девчонкой-сорванцом, и мы вместе играли в футбол и баскетбол. Старшую сестру зовут Юлия, ей 27, и она тоже из России, из Курска. Ее удочерили на 4 года раньше меня. Когда я переехала в Америку, она помогала мне учить язык и адаптироваться к американской культуре. Уверена, она сделала мое привыкание к жизни в Америке проще, мы сразу с ней сошлись. С того первого дня в США я хочу всегда быть рядом со своей семьей.

Анастасия Лэйрд

 

Я выбрала профессию ассистента трудотерапевта (Occupational Therapy Assistant), потому что я всегда хотела помогать людям. Детдом и семья меня так воспитали. В детдоме я любила помогать воспитателям в возрасте с уборкой или мытьем посуды. Я привязалась к Галине Павловне Филипповой и Галине Александровне  Власовой, которые, как я недавно узнала, обе ушли из жизни. Я захотела заниматься чем-то в медицинской сфере и, понаблюдав за работой трудотерапевта, влюбилась в эту профессию. Я выбрала гериатрическое направление – по работе с людьми в возрасте, потому что это мой способ вернуть назад всё то, что мне давали: в детдоме №2 пожилые воспитатели ухаживали за мной, и теперь настал мой черед. Я занимаюсь реабилитацией пациентов с различными заболеваниями, такими как травмы спинного мозга, черепно-мозговые травмы, рак, с восстанавливающимися после сложных операций. Я чувствую отдачу, когда работаю с человеком после автомобильной аварии, который не мог ходить, – и вот теперь он может выйти из-за двери.

Я чувствую себя американкой, ведь в США я уже 14 лет. Я обсуждала со своими подругами Еленой и Алиной тысячу раз, когда мы собирались вместе, какой была бы наша жизнь, если бы мы остались в России. Этим летом я нашла нескольких моих близких друзей из детдома, кто живет в Саратове. У кого-то из них дела идут хорошо, у некоторых нет... Я думала много раз, что бы было, если бы меня никто так и не удочерил. Честно сказать, эта мысль меня пугает. Я даже не хочу думать об этом. Когда я была маленькой, была пара российских семей и несколько американских, которые хотели удочерить меня, но я отказывала им. Я была очень разборчивой, хотя знала, что каждый раз, когда я отказывала, я рисковала моим будущим. И я так благодарна судьбе, что в конце концов я нашла семью, которая любит меня так же сильно, как и я их! Но хотя я обрела родной дом в Америке, детский дом будет тоже всегда моим домом и частью меня самой.

Анастасия с друзьями из детдома

Наш директор детдома Галина Викторовна – очень заботливый, любящий и трудолюбивый человек, и, знаю, она делала всё, что было в ее силах, для повзрослевших детей, которые уже покидали детдом. Могу сказать с уверенностью за себя и других, что нам повезло с таким директором! Моя сестра Юлия из Курска рассказывала мне, что директор ее детдома не была такой же заботливой.

Когда мои друзья из Саратова сказали мне, что наш детдом закрыт с 2015 года, это меня шокировало и очень расстроило, потому что это был прекрасный детдом с заботливыми и любящими воспитателями, которые работали не только над нашей дисциплиной, но и сделали всё для того, чтобы мы выросли хорошими людьми».

Оцените новость
0
архив
выпусков
3
Второе пришествие Шинчука. Послужной список нового главного общественника Саратовской области
20 марта Борис Шинчук был избран председателем Общественной палаты Саратовской области. Вспоминаем его «боевой путь» – от директора обойной фабрики до главного общественника региона.
7
Студенты-африканцы: Слово «негр» звучит грубо из уст белого
Депутат Госдумы Николай Панков считает, что за границей дела настолько плохи, что «негры» сидят «в клетке», – так он написал в своем telegram-канале. Так ли это? Мы поговорили с африканскими студентами в Саратове об их странах, расизме и патриотизме.
2
Испанский стыд. В России угрозы убийством саратовскому журналисту не восприняли всерьез. Испанский суд, кажется, готов докопаться до правды.
Журналист Владимир Спирягин провел расследование о преднамеренной банкротстве завода. Один из фигурантов дела стал ему угрожать. Российские правоохранительные органы не сочли угрозу серьезной, зато испанский суд решил разобраться в деле.
8
Саратовские полицейские ожидали много крови на концерте IC3PEAK
Полицейские приходили на концерт группы IC3PEAK в Саратове, опасаясь страшных песен, громких аплодисментов, луж крови и шарфа с черепами. Они знакомились и фотографировали паспорта участников перед началом концерта.
1
Обыкновенный ад. Как живет общага на улице Азина: без света, газа, отопления и при полном равнодушии чиновников
Дом на Азина, 37 – бывшее общежитие химкомбината – был построен в середине 50-х годов прошлого века. «Здесь был рай», – вспоминают старожилы. Шли годы, и под равнодушными взглядами чиновников жизнь в этом доме превратилась в ад.
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Глава Саратова об опиловке и сносе деревьев на тротуарах
Полная версия интервью
Есть важная тема?
Сообщите дежурному редактору
сайта: [email protected]
Тел. (845-2) 27-31-18

>> СОЦСЕТИ