Интервью

Дмитрий Костин: Если каждый несогласный уволится, то кто же служить будет?

Комментарии:1
Просмотры: 8439

История Дмитрия Костина уникальна для судебной истории современной России. Он – один из немногих военнослужащих, подозреваемых в политическом преступлении. Существует мнение, что «ядерный электорат» оппозиции России состоит лишь из модной столичной молодежи. Костин – капитан (ныне – запаса) – служил в ЗАТО Светлый Саратовской области.

Несколько раз Костин посетил выступления сторонников Алексея Навального и одного из немногих политиков, который вызывает у власти едва ли не больший страх – Вячеслава Мальцева. С именем Мальцева связана «подготовка революции 5.11.2017»: сторонники политика верили, что после этого дня в России наступят радикальные перемены. Однако в реальности лидер, не дождавшись условленной даты, был вынужден бежать за границу, а один из его последователей – саратовец Сергей Рыжов – был обвинен в подготовке теракта и уже почти год ожидает суда в московском Лефортове.

С именем Мальцева и подписчиками его YouTube-канала «Артподготовка» связана специфическая для Саратова форма протеста – «прогулки свободных людей». Костин в интервью называет их «прогулками оппозиции». Уже много месяцев по воскресеньям в центре Саратова собираются группы людей по 10, 20, 30 человек и гуляют по центру города, обсуждая последние политические новости. Иногда за собраниями наблюдает полиция, но никогда не вмешивается, поскольку оппозиционеры гуляют без транспарантов, не выкрикивают лозунги и, в сущности, ничем не отличаются от компаний друзей, которые встречаются по выходным, и обвинить их не в чем.

В уголовном деле Костина «прогулки» и «Артподготовка» («Артподготовка» запрещена на территории РФ как экстремистская организация) превратились в некое экстремистское движение. Когда стало известно о возбуждении уголовного дела в отношении капитана Костина о вербовке в экстремистское сообщество, следственные органы отказывались комментировать его дело. В конце концов вашему корреспонденту удалось узнать, что Дмитрий находится в статусе подозреваемого, обвинение ему не предъявлено и мера пресечения не избиралась, а затем удалось встретиться лично и поговорить о том, каким образом военнослужащий пришел к своим взглядам и что произошло потом.

Дмитрий, как вы решили начать карьеру военного?

Мой отец служил в ЗАТО Светлый. В 1995 году он уволился, и мы переехали в Ростов-на-Дону. Там я окончил среднюю школу и в 2001 году поступил в Ростовский военный институт ракетных войск. В нем когда-то учился и мой отец. В 2006 году после окончания института я по распределению вернулся Светлый – на свою малую родину. До лета 2018 года я проходил там службу. Все мои родные сейчас живут в Ростове.

Что вам нравилось на военной службе?

Вся сфера нравилась. Сейчас бы уже, конечно… Уволился, и слава Богу.

А потом увлеклись политикой?

Меня эта тема всегда интересовала. Когда еще был школьником – постольку-поскольку. Но когда началась война в Чечне, а в Грозном жили мои бабушка и дедушка – родители отца, я очень переживал за них и стал задумываться, кому нужна была эта война. Хотя, конечно, я был еще маленьким. Но значит, все-таки были моменты, к которым я был неравнодушен с самого детства и которые меня волновали. В армии я прослужил ровно 17 лет. Путин пришел к власти, когда я еще учился в школе. Получается, при нем я прожил уже больше, чем полжизни. Я наблюдаю, что вокруг меня происходит. Это, наверное, и формирует мои взгляды на действительность.

Вы начали участвовать в протестных акциях?

Я не знаю, как их назвать – протестные или не протестные – они проходили без лозунгов и транспарантов. В 2011 году здесь, в Саратове, я дважды участвовал в «Русском марше». Несколько раз здесь еще проводились «Русские пробежки», в некоторых я тоже поучаствовал – все-таки и для здоровья полезно. В серьезных мероприятиях я никогда участия не принимал. Во-первых, я военнослужащий, да и времени не было. В «прогулке оппозиции» я принял участие всего-то один раз, в марте прошлого года, но как раз вместе с Мальцевым, а в декабре прошлого года был на митинге Навального.

В армии среда не предполагает вольнодумства.

Да, не предполагает. Служим тому, кто отдает приказы. Хотя по закону военнослужащий присягает только народу и Отечеству. Не президенту, не премьер-министру, не министру обороны, а народу и Отечеству. С этим не поспоришь. Народ и Отечество – это святое. При этом военнослужащий является гражданином России, и у него могут быть свои собственные взгляды на окружающую действительность. А если они вдруг не совпадают со взглядами властей? Что же ему делать? Увольняться? Если каждый несогласный уволится, то кто же служить будет?

Голосовать, насколько я помню, можно...

Голосовать не только можно — нужно. Невозможно не голосовать. А потом еще и доложить, что проголосовал...

Нужно докладывать за кого проголосовал?

За кого проголосовал, докладывать не надо. Просто доложить, что проголосовал и все. Лично с меня никогда не требовали проголосовать за кого-то конкретно, но проголосовать нужно было обязательно. Так в армии заведено. Это было еще с того времени, когда я был курсантом.

На самом деле в армии много недовольных. А что делать? Надо служить – почти у всех семьи, дети. Конечно, иногда мы общаемся, как мы с вами сейчас, беседуем; о чем-то спорим, высказываем свои мысли. Все как у людей. Только вот с вышестоящим командованием стараемся свое мнение держать при себе. Иногда складывается впечатление, что в командиры подбирают только сторонников действующей власти. А среди простых смертных недовольных много, чего уж тут скрывать.

Вот возьмем, к примеру, часть, из которой меня только что уволили. На своем горьком опыте я теперь доподлинно знаю только одного военнослужащего – подполковника – свидетеля обвинения, яро поддерживающего власть. Другой свидетель обвинения, к сожалению, оказался просто предателем. Большинство же остальных, по-моему, вообще никого не поддерживают – ни власть, ни оппозицию. Но это уже мое личное мнение.

Вы общались с Рыжовым, с другими сторонниками Мальцева и Навального?

Нет, я ни с кем не общался, никогда не переписывался и связи не поддерживал. Я знал, что они где-то есть, но желания с ними познакомиться у меня не было. А вот мой товарищ, который меня предал, с Рыжовым знаком был и принимал во всех мероприятиях намного больше участия.

Посещал митинги?

Посещал. Видимо, это и послужило тому, что он меня оговорил, тем самым выгородив себя.

А началось все в конце марта этого года. Понятно, что за моей страницей следили, телефон мой прослушивался. 28 марта меня вызвали в отдел ФСБ – наш, местный. Меня посадили в машину. Мы проехали к дому, где я снимал комнату в военном городке. Мне предъявили постановление гарнизонного суда, что в отношении меня проводятся оперативно-розыскные мероприятия, а именно — осмотр мест проживания. Постановление было выдано на основании двух пунктов.

Первый – размещение мною еще в начале ноября прошлого года, как было записано, «запрещенного видеоролика «Обращение Вячеслава Мальцева к силовикам», и второй пункт – распространение мною запрещенной книги «Реструкт» Максима Марцинкевича. До сих пор не понимаю, почему этот ролик признан запрещенным. В федеральном списке экстремистских материалов его не было и нет до сих пор. Книга в списке была, но куплена она была мной много лет назад.

Проведя осмотр моего места жительства, оперуполномоченные изъяли у меня несколько книг, разных. Самой свежей книге было лет шесть. Остальные были куплены еще раньше, лет десять назад. Все они были приобретены законно, но попали под подозрение, и их у меня изъяли. Изъяли все флэшки, диски, планшетный компьютер.

В отделе меня продержали целый день, затем опрашивали. Их очень интересовало движение «Артподготовка». Я сказал, что не знаю никакого движения «Артподготовка». Я знаю, был такой канал на YouTube: блогер Мальцев вел свою программу. О нем я узнал, когда он был еще кандидатом в депутаты Госдумы, вел дебаты, я за него голосовал. Поэтому я его и знал. У меня было еще с ним общее фото. 4 ноября 2016 года я с ним сфотографировался в Саратове. Про это фото тоже спрашивали: зачем сфотографировался, о чем вы с ним говорили. Я ответил, что вообще ни о чем не говорили, просто сфотографировался как с бывшим кандидатом в депутаты Госдумы и все! Дальше поехали в Саратов. На квартире, правда, уже ничего не искали, просто забрали мой ноутбук.

Потом начался этап проверки. Стали вызывать для опроса всех моих сослуживцев, с кем я близко общался. Спрашивали, естественно, про меня и про «Артподготовку». Все это время я жил в ожидании. Ходил на службу, как обычно, и ждал, что будет дальше. Конечно же, анализировал: что от меня хотят? Вроде ничего особенного не делал. Что на меня заведут уголовное дело, конечно, не рассчитывал.

Тут же заработал армейский механизм. На следующий день, 29 марта, я был вызван к командиру дивизии. Тот сразу дал понять: либо пишешь рапорт об увольнении по собственному желанию, либо мы тебя уволим по статье. А разобраться?! Разберемся потом, когда уволим! Вот так, даже не стали разбираться, что я за человек. Засветился на этом уровне – все, такие нам не нужны!

Но рапорт по собственному желанию приняли?

Я не стал писать рапорт. Была надежда, что все-таки разберутся, ведь в душе я понимал, что никакого преступления не совершал. Но в итоге под увольнение меня подвели – «невыполнение условий контракта». Меня уволили. Недавно мы подавали с адвокатом иск… Но, увы…

А уголовное дело в отношении меня возбудили 10 мая. Причем, по какой статье – 282.1 часть 1.1 «Склонение, вербовка или вовлечение в экстремистское сообщество». Можете себе представить? Не организация, не участие – только вовлечение. Я даже не знаю, как это можно понимать?

Вовлечение заключается лишь в том, что два человека (из примерно десяти опрошенных) дали показания, что я им предлагал принять участие в «прогулке оппозиции», то есть в абсолютно мирном, никому не мешающем мероприятии.

И определения суда в отношении них тоже нет!

Конечно! Но это у следователя называется «мероприятие экстремистского сообщества».

Но факт такой хотя бы был? Вы кому-то предлагали принять в них участие?

Нет, я просто рассказывал об этих «прогулках». С подполковником, тем, что яростно поддерживает власть, бывало несколько раз дискутировали, причем абсолютно корректно, мирно, не переходя на личности: он свою точку зрения, я свою точку зрения. И вот в один прекрасный момент я просто сказал: «Вы многого не знаете, потому что только смотрите новости по телевизору». Он спросил: «А где я могу узнать побольше?» Ну я и рассказал ему о «прогулках оппозиции», о штабе Навального. Сказал, если хотите, поезжайте, пообщайтесь с людьми. А второй «потерпевший» просто был моим другом… Можно сказать, единомышленником. Он мне рассказывал о своих оппозиционных взглядах, о том, что еще будучи курсантом академии в Москве, принимал участие в марше оппозиции на Болотной площади. Этого человека никуда не надо было вовлекать, он уже был давно увлеченный и вовлеченный. Мы с ним много общались на эту тему… обсуждали… В общем, у нас были очень доверительные отношения… И вот его показания, в том числе, послужили основанием для возбуждения уголовного дела.

Считаете, каковы перспективы дела? Вы на свободе, и санкция статьи начинается от штрафа…

Адвокат считает, что у следствия прямых доказательств нет. Только показания двоих свидетелей, причем не подтвержденные. Так что буду надеяться на лучшее. Ну прогулки… Ну «революция 5-11-17». Ведь никто не понимал, что и как это будет; что это значит и как оно будет выглядеть. Кстати, в своем «Воззвании к народу» Мальцев ни к какому насилию не призывает. Он лишь предлагает людям выйти на улицы с тем, чтобы чиновники, находящиеся у власти, наконец поняли, что 18 лет их правления пользы народу не принесли. И им пора на покой. И всё! А в «Обращении к силовикам» Мальцев в довольно корректной форме просит полицейских не применять 5 ноября против мирных людей оружие.

Это была просто вера в лучшее...

Да, я так и объяснял. Для меня это просто образ перемен. Перемен хочется. Не хочу никакого насилия. Хочу, чтобы просто наступили перемены. Перемены к лучшему, во всех сферах. Все люди этого хотят.

Оцените новость
0
архив
выпусков
1
Как из Саратова выгоняли «табачку». Хроника
Вчера стало известно, что British American Tobacco закрывает производство в Саратове. Без работы останутся 400 человек, бюджет области недополучит налогов. Вспоминаем историю протестов против запаха табака.
«Пенсионеры утихнут»?
Этой весной Аткарск затопило сильным паводком. Пострадали многие домохозяйства. Но мизерные выплаты, которые хотя бы частично могли компенсировать ущерб, получили далеко не все жители затопленной части города. Люди возмущены.
1
Двадцать новичков. Максимально коротко о новых губернаторах
В этом году Владимир Путин назначил восемнадцать глав регионов. Еще двое победили на выборах сами. Таблица об официальных и неофициальных причинах ротации кадров субъектах РФ.
Как чиновники убивали детский дом
Саратовский детдом №2 был одним из лучших в стране. Однако в угоду появившейся концепции «семейного устройства детей» его закрыли, несмотря на бурные протесты горожан и педагогов.
Война хижинам
Расселение ветхого и аварийного жилья – одна их самых больных проблем Саратова. Здания рушатся, жильцам предлагают переехать в бараки маневренного фонда. И одновременно среди аварийных появляются еще крепкие дома.
Реклама

>> ВАШЕ МНЕНИЕ
архив

Выборы губернаторов прошли неожиданно: кандидаты от партии власти с отрывов проиграли кандидатам от ЛДПР. Если бы выборы губернатора Саратовской области проходили в следующее воскресенье, то…
Проголосовало: 916
2


>> ЦИТАТА
архив

Глава Саратова об опиловке и сносе деревьев на тротуарах
Полная версия интервью
Есть важная тема?
Сообщите дежурному редактору
сайта: [email protected]
Тел. (845-2) 27-31-18

>> СОЦСЕТИ