Экономика

«Самый страшный закон». Повышение НДС на 2% обернется значительным ростом цен и торможением экономики

30.07.2018 // 13:33
Комментарии:0
Просмотры: 2268

Государственная дума приняла в третьем чтении закон о повышении с 1 января 2019 года налога на добавленную стоимость на два процента – с 18 до 20 процентов. Новость прошла практически незамеченной. В протестных лозунгах НДС через запятую перечисляется вместе с пенсионной реформой, ценами на бензин, тарифами ЖКХ. Основная масса россиян благодушно считает, что выросший налог ее не коснется. Но это совсем не так.

Налог, как и все непопулярные решения последнего времени, принят исключительно голосами «Единой России». Можно, конечно, говорить, что ЕР совершенно не беспокоится о своей репутации. С другой стороны, как можно беспокоиться о том, чего давно нет, а может, никогда и не было. Против были ЛДПР, СР, КПРФ. Лидер либерал-демократов Владимир Жириновский назвал повышение НДС «самым страшным законом для нашей страны». Представитель КПРФ Валентин Шурчанов подчеркивал, что «НДС по всем звеньям тормозит развитие экономики, негативно отразится в следующем году на темпах роста ВВП. Уже эксперты подвели итоги, что в этом году обещается всего 1,4 процента прироста ВВП». По его словам, также затормозится рост производительности труда и вырастут цены. Все это отразится на конечных потребителях

Решение о повышении НДС выглядит непродуманным и скороспелым на фоне развивающейся экономической войны между США и Китаем. Война вызовет замедление мировой экономики, а значит, и сокращение потребности в энергоресурсах. По прогнозам американского рейтингового агентства Fitch Ratings, из-за торговых войн рост ВВП России в 2019 году может замедлиться на 0,6 процентного пункта по сравнению с базовым сценарием, в 2020 году – на 0,7. В денежном выражении экономика потеряет около триллиона рублей. Еще немного цифр: в последнем прогнозе Минэкономразвития предполагается рост реальных зарплат ниже 1 процента и инфляция выше 4 процентов. В Центробанке подсчитали максимальный разовый эффект от повышения НДС. Он может дать дополнительно до 1,16 процентного пункта к инфляции. Закон о повышении НДС однозначно не выглядит полезным, однако он принят. Для чего? Об этом чуть позже, пока же поговорим о наших будущих потерях.

 

Сколько вынут из кармана

Прежде чем подсчитать наши будущие потери, отметим, что НДС – это косвенный налог, его платят по цепочке все, кто участвует в создании товаров и услуг. Но в итоге перекладывается на конечного потребителя. Более неудачный момент выбрать было трудно. Падение реальных доходов населения продолжается уже четыре года. С 2015 по 2017 наши доходы в реальном выражении сократились на 11, 4 процента. В этом году темпы роста доходов уже второй месяц колеблются около нуля – в мае они выросли лишь на 0,3 процента, в июне – на 0,2. А перед этим было резкое сокращение доходов в кризис 2009 года. Рост НДС при условии падающих доходов означает только одно: стагнация экономики будет продолжаться.

Внимание – парадокс! Поднятие НДС, по логике чиновников, поможет найти средства для выполнения очередных майских указов Владимира Путина. Одна из главных целей этих указов – победа над бедностью. То есть для того, чтобы победить бедность, власть делает население еще беднее. Оруэлл, ты наш учитель!

НДС в прошлом году принес в бюджет России 5,1 триллиона рублей – треть поступлений. Это больше, чем государство получает от торговли углеводородами. По чьему-то меткому замечанию, люди заменяют нефть. И это безотказный ресурс. Двухпроцентное увеличение НДС даст бюджету около 560 миллиардов рублей.

Сторонники увеличения налога убеждают нас, что два процента в повседневной жизни человек просто не заметит. Так ли это? По данным Росстата, средний житель России тратит на различные покупки 17 250 рублей в месяц. Два процента от этой суммы составляют в месяц 345 рублей. Мелочь? Возможно, однако за год это уже 4140 рублей. И есть уверенность, что на самом деле будет куда сложнее.

 

Когда два не два, или Мы делаем ботинок

НДС начисляется по цепочке. Представим, что мы делаем ботинок. Хотя, надо признать, пример неудачный – в России мало производится обуви, все больше берцы для военных или галоши. Но все же. Аграрий продает невыделанную кожу на кожевенный завод. За свой товар он просит 100 условных единиц плюс НДС, уже 20-процентный. Итого – 120 у.е. Кожевенники, обработав сырье, продают его на обувную фабрику. Учли свои расходы и прибыль и ставят цену 500 у.е. и прибавляют НДС – теперь уже 100 у.е. Обувщики шьют ботинок и отдают его в магазин. Но уже за 1000 у.е., притом НДС составляет 200 условных единиц. Торговля увеличивает цену товара на свою прибыль и плюсует НДС. Возможно, такие расчеты покажутся вам дилетантскими, но, по прогнозам многих экономистов, рост цен в конечном итоге составит от 10 до 12 процентов.

Представители бизнеса настроены более пессимистично. Андрей Назаров, сопредседатель «Деловой России», считает, что в наибольшей степени поправки затронут отрасли с высокой добавленной стоимостью и сложные производства.

«Чтобы компенсировать снизившуюся маржинальность, скорее всего производители заложат эти издержки в финальную стоимость, в то же время выросшие цены повлекут умеренное снижение спроса. И если каждый контрагент заложит свои издержки в стоимость услуг, то повышение цен может достичь 15-20 процентов. Налоговая нагрузка также ударит по строительному сектору, автопрому, машиностроению». Ольга Нарт, руководитель департамента управления продажами и маркетингом УК «Развитие», считает, что стоимость строительных материалов может вырасти до 10-15 процентов. 

В экономике есть такое понятие, как мультипликативный эффект – когда одно изменение обязательно вызывает другое. Например, развитие туризма, о котором грезит губернатор Радаев, вызовет развитие ресторанного бизнеса, транспорта и так далее. (Правда, пока ничего этого не происходит.) Но мультипликативный эффект может иметь и отрицательное значение. Так, рост цен на строительные материалы вызовет рост цен на их транспортировку, естественно, на жилье и т.д.

Правда, глава комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров заявил при принятии закона, что бизнес готов к повышению НДС, расценивая это как вклад в развитие экономики страны. Сам бизнес, надо понимать, и не спросили.

 

Расти, отставание, расти

Мы сами признали, что иллюстрация роста НДС на примере производства ботинка – не самая удачная. Дело еще и в том, что обувная промышленность – не самая высокотехнологичная отрасль. Есть отрасли, где применяется гораздо больше высоких технологий, которые дороги сами по себе. Еще на этих производствах используется высококвалифицированный, а стало быть, и дорогой труд. Образно говоря, производство компьютера гораздо дороже производства колбасы. Но чем дороже производство – тем больше будет налог на добавленную стоимость. Самое дорогое производство – самое технологичное, эта та самая цифровая экономика, о развитии которой мечтают наши руководители. И одновременно подписывают законы, которые губят или максимально тормозят ее развитие.

Вот мнение по этому поводу известного экономиста Андрея Мовчана: «Фактически повышение налога на добавленную стоимость ставит в затруднительные условия все то, что могло бы двигать нашу экономику вперед… Но надо понимать, что это действие абсолютно в стиле и рамках общей стратегии нашего правительства. Оно ведет политику, исходя из того, что страна должна оставаться в традиционном экономическом укладе. Этот уклад похож на предындустриальный, то есть по историческому уровню это середина XX века с упором на крупные государственные неприбыльные компании, на картели, на крупные частные предприятия. И в конечном итоге – с упором на сохранение роли России как производителя нетехнологичной продукции и импортера из-за рубежа. 

Это не плохо, не хорошо – это жизнь. В некотором смысле это запирание России в ловушке отстающей экономики». 

 

Казалось бы, при чем тут мост на Сахалин?

Практически в каждой второй статье о повышении НДС говорится о строительстве моста на Сахалин. Прежде всего, тут совпадение по времени – о решении строить мост президент Путин рассказал совсем недавно. Второе – совпадение денежных сумм. Хотя Путин и сказал, что сахалинский мост будет дешевле крымского (286 миллиардов), в СМИ появилась информация, что новое строительство обойдется стране примерно в 550 миллиардов. С учетом того, что строительные сметы имеют обязательную тенденцию к росту, получаем примерно ту же сумму, что и от повышения НДС – больше 600 миллиардов. Конечно, не факт, что именно средства, полученные от увеличения налога, пойдут на мост, но все равно это будут средства федерального бюджета, то есть наши с вами. Как любила говорить Маргарет Тэтчер: «Нет никаких денег государства, есть деньги налогоплательщиков».

Кроме того, сахалинский мост привлекает внимание своей очевидной ненужностью. Судите сами: на Сахалине проживает менее 500 тысяч человек, и население постоянно сокращается. Основное производство – добыча нефти на шельфе компанией Игоря Сечина, но нефть по мосту не повезешь. Еще на Сахалине перерабатывают рыбу, но вряд ли транспортировка консервов оправдает расходы на строительство моста. Даже если будут перевозить весь агар-агар, произведенный на острове. Агар-агар – это такое желе из водорослей, сырье для кондитерской промышленности.

Критики власти считают, что новая стройка века – просто очередной крупный подряд, переданный компаниям Аркадия Ротенберга, сотоварища президента по детским занятиям дзюдо. Действительно, других объяснений грядущей стройки не появляется. Президент, конечно, уверен, что это не так. Строительств моста «очень полезно для восстановления территориальной целостности страны, за счет Сахалина в том числе», – говорит он. Странный аргумент, Сахалин никто отторгать не собирается. Есть и другой план вслед построить мост уже в Японию – на остров Хоккайдо. «Это вещь абсолютно планетарного характера». Вопрос в том, а зачем это нужно? Везти из Японии нечего – все свои крупные производства японцы перевели в страны Юго-Восточной Азии. Да и из России тоже особо нечего везти в Страну восходящего солнца. Есть препятствие и политического характера: вожделенные для японцев Курильские острова территориально входят в Сахалинскую область. Не попросят ли японцы острова в обмен на мост?
Как бы то ни было, сахалинский мост – это еще одно мероприятие имиджевого характера, еще один символ, новый рисунок на новой купюре и повод для сотен восторженных репортажей на телеканалах. Такие вещи особо любимы нашей властью: олимпиада, чемпионат мира по футболу, крымский мост. И все это оплачено из наших карманов.

 

После 18 марта в России:

• повышен на 2 процента НДС;
• в первом чтении принята пенсионная реформа;
• рост цен на бензин достиг 15 процентов;
• выросли акцизы на табачные изделия и алкогольную продукцию;
• выросли тарифы ЖКХ;
• увеличены сборы за загранпаспорта и водительские удостоверения;
• в Саратове почти на треть подорожал проезд в пассажирском транспорте.

Нас ожидает:

• рост тарифов ОСАГО;
• 10-процентный сбор с владельцев велосипедов, увеличение пошлин на товары, купленные в интернет-магазинах.

Продолжение этого списка обязательно последует.

Оцените новость
0
архив
выпусков
1
Как выжить в Жасминном: без асфальта, среди болота и мусора
«Люди живут так, как жить не должны», – сказал недавно Дмитрий Медведев о россиянах, живущих за чертой бедности. Примеров не привел. Мы хотим проиллюстрировать слова премьер-министра картиной, где бедность дополняется полной неустроенностью быта.
1
Печальная судьба польских миллионов в Саратове. Как Курихин продавал акции иностранной компании
История о том, как польская компания хотела строить в Саратове совместно с компанией Сергея Курихина. Спойлер: ничего построено не было, а за свои деньги полякам пришлось бороться в арбитражном суде.
Пески без времени и древний скоростной трамвай. Какие проекты ожили после визита Володина
Скоростной трамвай, дорога Шанхай-Гамбург, городской пляж. Вспоминаем историю самых резонансных проектов Володина: когда они появились, когда должны были быть реализованы, что помешало и что их ждет впереди?
3
«Эта сторона улицы опасна при артобстреле». Почему жильцы дома на Танкистов боятся обрушения фасада
В 2009 году в доме 73а по улице Танкистов кое-как перекрыли крышу. Бесконечные протечки размыли фасад: кирпичи вываливаются во двор. Жильцы боятся, что фасад и крыша рухнут, оставив их без жилья. Но дом еще можно спасти.
1
Позитивные. Как в Саратове живут люди с ВИЧ
Россия – один из очагов распространения ВИЧ в мире. Однако в обществе укрепилось представление о вирусе иммунодефицита как о болезни наркоманов и проституток, маркере социальной деградации – о том, что «никогда не случится со мной».
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Глава Саратова об опиловке и сносе деревьев на тротуарах
Полная версия интервью
Есть важная тема?
Сообщите дежурному редактору
сайта: [email protected]
Тел. (845-2) 27-31-18

>> СОЦСЕТИ