Общество

Рядовой ветеран баба Аня

Военная и послевоенная история героини сюжетов «Открытого канала», рассказанная ей самой школьнице из Красного Кута
08.05.2017 // 22:35
Комментарии:0
Просмотры: 1410

Фото moyaokruga.ru/kraskut

Чем дальше от 9 мая 1945 года, тем меньше День Победы похож на «праздник со слезами на глазах». Грандиозные шоу, концерты, военные парады, дети в военной же форме и пилотках. Вот что мы видим. Ветеран Великой Отечественной войны – победитель – живет в ветхом здании без туалета, капитальный ремонт жилища обещают провести в 2032 году. Вот чего мы в праздник видеть и знать не хотели бы.

Корреспондент телеслужбы «Открытый канал» информационного агентства «Свободные новости» Юлия Нестеренко дважды побывала в гостях у 91-летней жительницы Красного Кута Анны Жариковой. В редакцию обратилась ее соседка, которая рассказала, что пожилая женщина-инвалид проживает в плохих условиях. В администрации Красного Кута сначала не вспомнили о таком ветеране войны, но затем директор местного центра соцзащиты Надежда Кожухова сообщила журналистам, что у Анны Кирилловны «всё хорошо». Перед приездом съемочной группы в районный центр Анну Жарикову госпитализировали, а ее дочь Любовь не стала показывать квартиру матери, расположенную в доме с дырявой крышей и гнилыми полами. Пока Анна Кирилловна была в больнице, в ее квартире наспех сделали ремонт.

На прошлой неделе журналисты пообщались с самой Анной Кирилловной. Она показала, как теперь выглядит ее квартира – рабочие сделали душевую, которой ветеран не может пользоваться самостоятельно, а гнилые доски на полах застелили фанерой и линолеумом.

Местная газета «Краснокутские вести» 5 мая опубликовала поздравление ветеранам и напомнила горькие цифры. Более девяти тысяч краснокутцев – это почти треть сегодняшнего населения района – отправились на фронт, 3294 жителя района погибли в годы войны.

Из 5937 вернувшихся с полей сражений краснокутцев сейчас живы только 19 человек, среди которых Анна Жарикова.

Анна Жарикова
Фото moyaokruga.ru/kraskut

Ветеран Анна Жарикова не раз становилась героиней публикаций издания. В 2015 году рассказы о ней районка публиковала дважды. Правнучка Анны Кирилловны Ирина назвала свою заметку «Моя героическая бабушка».

«Уже в декабре 1943 года её призвали в армию на пересыльный пункт в Саратов, а потом отправили в Ульяновскую область в 27-й отдельный учебный полк, где она проходила отдельную службу автокурсантом в автополку с декабря 1943 года по май 1944 года. Уже в мае 1944 года молодая девушка Анна работала шофером в 16 управлении военно-строительных работ. Приходилось перевозить солдат, строительные материалы. До сентября 1945 года Анна Кирилловна уже была в Белоруссии в Гомеле на фронте», – написала тогда ученица 9-го класса Ирина Жарикова.

Девочка рассказала, что прабабушка является для их семьи «примером».

«Мы ее очень любим и хотим, чтобы она еще долго радовала нас и радовалась жизни сама», – завершила свою заметку школьница.

Более подробный рассказ об Анне Жариковой (в девичестве – Борисенко), к 70-летию Победы над фашистской Германией подготовила другая девятиклассница – Анастасия Факушина. Девочка пообщалась с ветераном Великой Отечественной, которая, как выяснилось, 30 лет проработала в ее школе, и написала об Анне Кирилловне сочинение. Отец героини повествования – Кирилл Евдокимович Борисенко – погиб под Керчью, сама она подростком работала на местном элеваторе, пока не была призвана на фронт. Служба для Анны Борисенко закончилась в сентябре 45-го, она вернулась в Красный Кут, вышла замуж, работала на железной дороге, потом в школе.

Вся жизнь Анны Жариковой связана с Красным Кутом
Вся жизнь Анны Жариковой связана с Красным Кутом / Фото Павел Литвиненко

Приводим с небольшими сокращениями сочинение Анастасии Факушиной «Пусть сбудутся ее мечты», опубликованное в спецпроекте газеты «Краснокутские вести» в мае 2015 года:

Анастасия Факушина
Анастасия Факушина
(Фото moyaokruga.ru/kraskut)

«Всё для фронта, всё для Победы» – для Анны Кирилловны не просто фраза из той жизни, она сама – часть ее. Чувалы с рисом по 70-80 килограмм, тонны зерна – кто-нибудь из потомков разве посчитал потом, сколько они, эти девочки, девушки, женщины – русские бабы – перетаскали на своих плечах, работая за мужчин, ушедших воевать? А мама просила только об одном: «Аня, смотри, чтоб ни зёрнышка в кармане не осталось иль в ботинке, иначе – тюрьма...». Сторож дядя Яша, смахивая слезу, говорил, вздыхая: «Ой, девоньки! Как же вы рожать-то детей после таких тяжестей будете?» А девчонки, кряхтя, плача, спотыкаясь и падая, таскали на себе мешки и думали, что когда-нибудь наступит мир и они обязательно родят, лишь бы война закончилась поскорее! (После войны Анна Кирилловна выйдет замуж, у нее будет трое детей. К сожалению, на ее долю выпала и страшная участь матери, пережившей своих детей: двоих уже нет. Но у нее сейчас три внука, пять внучек и одиннадцать правнуков!) <...>

Шёл 1943 год. Всех их [Анну и её трех подруг – «автокурсантов», прошедших курс подготовки в 27-м учебном автомобильном полку], восемнадцатилетних девчонок, отправили сначала на пересыльный пункт, а потом снова эшелон, поезд, дорога... «Выучились, а как новые «форды» получили, так и в Гомель – восстанавливать!» Вчетвером и на квартире под Гомелем жили. Хотя «Гомель» сказано слишком громко, наверное: то, что осталось от города. Руины. Все разбомблено, разорено, сожжено. «Веду машину свою по дороге проселочной, а от села-то только одни печные трубы и остались, а сколько их таких по всей России да Белоруссии».

Возили девчата грузы для строительства завода. Спрашиваю, по сколько часов в день работали. Анна Кирилловна смотрит недоуменно: кто ж тогда на время смотрел? Рассвело – за баранку, пока видно – крути! А ночью ей снились хорошие, «довоенные» сны: как идет гулять с подружками по городку и надевает свое красивое платьице, а не гимнастерку; как мамка на деревянной лопате в печь сажает кренделя сдобные; как с братишками мороженым, мамой заботливо сделанным, лакомятся... Эх, кабы не война!..

Смотрю на тоненькую красную книжицу – военный билет: «Призвана по мобилизации Краснокутским РВК... 27 отдельный учебный полк... Военное звание – рядовой». Скупые казённые строки, за ними – жизнь и судьба. Мечтала о поездах – водила машину, хотела объездить всю страну – перевозила песок и стройматериалы, чтоб завод в Белоруссии быстрее восстановить, – вот её личный вклад в Победу!

– Баба Аня, а с какими чувствами вы встретили весть о победе? – я задала лишь один «официальный» вопрос, просто не смогла найти слов душевных, но Анна Кирилловна не обиделась.

– Ах, девочка моя! Да радость – большая, великая радость! Как мы кричали, плакали, смеялись – всё вместе, сразу!

Её война закончилась только в сентябре: так обозначена дата демобилизации в военном билете № 308327, в Подмосковье еще девчата на стройке работали. А по приезде домой всё же на железной дороге трудиться довелось. Только работала в охране, приемщиком поездов, с пистолетом ходила, вагоны под погрузку принимала, чтоб ни одной щёлочки, даже бумажкой или тряпочкой заделанной, не оставалось в вагоне, куда пшеница грузилась: всё до зёрнышка должно было по назначению идти. Здесь же, на станции, и с будущим мужем встретилась – начальником пожарного поезда он был. А уже в 1964 году пришла работать в железнодорожную школу. Комендантом общежития, техничкой, дежурной – что только не делала, когда нужно было!

Анна Кирилловна лукаво усмехнулась и, наклонившись ко мне, заговорщицки подмигнув, словно выдавая тайну, сказала: «Надо было однажды в спортзале стенку штукатурить, а потолки-то высо-о-окие! Так я на трёх столах, один на один поставленных, так отработала – до сих пор не отвалилась штукатурка-то».

И, заметив, что я как-то не очень прониклась, уверила: «В прошлом году на праздник в школу приглашали, так я в спортзал зашла, да, посмотрела – держится, видно! Хоть и ремонтов уже много после меня было!» Тридцать лет она отработала в школе, семнадцать из которых уже будучи на пенсии. Так вот, как ни крути, а вся жизнь практически оказалась связанной с железной дорогой. Как Анечка в детстве и юности и мечтала.

...На столе лежит открытка ко Дню Победы, вероятно, прошлогодняя. Я машинально, без спросу, открываю ее. Ничего не понимаю: «Уважаемый Александр Кириллович!» Что это? Она смеется: «Ой, это в прошлом годе собесовцы перепутали: думали, что А.К. – это мужчина, раз ветеран да и шофер к тому же!» И больше ничего, только усмешка. «Вам не обидно?»

«Да что ты! У них, чай, бумаг-то сколько, запутались, бедные». А я готова была провалиться от стыда – за тех, кто «бедный, запутался», за эти крутые деревянные ступеньки, по которым старушка поднимается – теперь, правда, редко очень – на второй этаж. За себя, которая прожила всю жизнь по соседству с ней и ничегошеньки о ней не знала... Я еще раз обвожу взглядом незамысловатое убранство квартиры: большой телевизор, множество икон, вышитые занавески – красные маки, голубые васильки, старые стулья в кипельно белых чехлах с накрахмаленными кружевными оборками...

– Баб Ань, у тебя икон много – ты в Бога веришь?

– А как без Бога-то?

– А что ты просишь у него?

– Мира и благополучия всем обиженным и обездоленным, чтоб войны не было...

– А себе что?

– Прошу: не лишай меня разума. Дай дожить до дня рождения. Вот теперь и за тебя просить буду, чтоб у тебя мечты сбылись...

– А у тебя сбылись?

Она задумывается. Потом подходит к окну:

«Дети были, внуки есть, правнуки. Поезда вон ходят. Вокзал рядом. Я хоть теперь и не поеду никуда, да жизнь-то идет дальше... Значит, сбылись мои мечты... И твои сбудутся... Пусть только войны не будет... Я всё Бога-то прошу, чтоб наставил тех, кто там, вверху, чтоб детей да всех людей не калечили...».

Я медленно спускаюсь со второго этажа. Живи долго, Анна Кирилловна, дорогая баба Аня, пусть сбудутся твои мечты, и спасибо за то, что ты есть в моей жизни!»

Железнодорожный дом № 19 в Красном Куте, в котором живет Анна Жарикова
Железнодорожный дом № 19 в Красном Куте, в котором живет Анна Жарикова

Оцените новость
0
18 (432)
от 23
мая
2017
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
1
Хвост, чешуя – дело государственное
Чем больше рыбы, тем крепче продовольственная уверенность.
Наше трезвое счастье
Неожиданно подумал, что знаменитый указ от 16 мая сейчас помнят только пятидесятилетние россияне и, понятное дело, те, кто старше. А ведь кажется, еще вчера только было.
Фронт пошел на бой с мусором
В Саратове состоялся рейд по несанкционированным свалкам.
Размытые тайны прошлого
История маленького села в большой стране.
Хотели 27 миллиардов, а получили в 10 раз меньше
Новый механизм льготного кредитования заработал не для всех.
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Политик Алексей Навальный о России, где президентом стал он
Полная версия интервью

>> СОЦСЕТИ