Культура

Старые страхи в новые времена

08.03.2014 // 20:15
Комментарии:0
Просмотры: 1186

Мир похож на гигантский конструктор «лего»: число его отдельных элементов, как и число возможных сочетаний этих элементов, очень велико, однако не бесконечно. И если мир хорошенько встряхнуть, то скорее всего детали соберутся в какие-нибудь знакомые сочетания. Потому-то, наверное, из всех литературных жанров фантастика, которая, по преимуществу, держится на писательской выдумке, наиболее уязвима. Ничего сочинить нельзя. Океан возможностей мелок и просматривается до дна. Всё придумано до нас. Всё уже осуществилось или осуществится в обозримые сроки.

К чему это я?

А вот к чему. Два десятилетия назад я сочинил, а годом позже опубликовал роман. Он назывался – страшно вымолвить! – «Убить президента». Это была такая мрачная антиутопия, действие которой происходило в недалеком российском будущем, после победы на выборах нового президента. Победитель был юрист, звали его Вовой и он любил поговорить о величии России. Одновременно президент Вова прижимал российский бизнес, отчего капитализм в стране опасно захворал. А поскольку социализм в стране вообще умер, над Россией нависла угроза голода и иных неудобств. Но у президента Вовы был дерзкий план рывка России в сытое беспечальное будущее. Предполагалось, что по пути в это будущее кормить нас будут развитые страны, а для того, чтобы они не артачились, их надо было просто припугнуть. Президент Вова, приглашая на саммит в России лидеров стран «семерки», не собирался их выпускать. Грубо говоря, он собирался взять в заложники мировую политическую элиту и годами держать под прицелом в обмен на продовольствие...

План, чреватый Третьей мировой войной, был, конечно, чистым безумием. Но президент Вова считал этот план – равно как и себя! – вполне адекватным и чрезвычайно хитрым. В этом плане соседской Украине отводилась роль мальчика для битья. Это, кстати, была такая придуманная Украина, тихая и осторожная, в которой и в помине не было никакого Майдана. Все, что хотели украинские чиновники в моем романе, – жить самостоятельно и, упаси Боже, не злить великого восточного соседа. Но это Киеву не слишком помогло...

Одним из главных героев романа у меня был посол Украины в Москве Василь Козицкий, который понимал больше, чем его боссы, но – как должностное лицо – был вынужден подчиняться начальству.

Позволю себе процитировать, с некоторыми сокращениями, внутренний монолог украинского посла из моего романа.

«Все было плохо. Значительно хуже, чем мог предполагать Киев. На берегах Днепра не почувствуешь того, что я ощущал здесь, в Москве. Эту наэлектризованную атмосферу тихой враждебности, которая шла из Кремля. Это трудно было понять по газетам и брифингам, по ТВ и официальным речам. Это надо было просто чувствовать. На Борщаговке некоторые меня считали паникером (...). Мои мрачные прогнозы не вписывались в их замечательный план, согласно которому внутренний курс на незалежность дополнялся внешнеполитической доктриной так называемой «взвешенности» и так называемого «корректного дружелюбия». Проще говоря, в Киеве брали за образец поведение глупенькой беременной курсистки из анекдота, которая надеялась, что как-то все само рассосется. Черта лысого рассосется! После 12 июня беременность вступила в необратимую фазу. Мы беременны войной, вот что, подумал я. Дай бог, если холодной. В Киеве кажется, что если демонстрировать дружелюбие и не касаться в беседах с московским вождем сорока восьми запретных пунктов, то обстановка постепенно нормализуется (...) Ну да. Он нам покажет сорок восемь пунктов. Он нам покажет корректность и дружелюбие. Готовьтесь, мои коллеги. Он нам покажет «конструктивное сотрудничество двух держав на взаимовыгодной основе», дорогой премьер. В сорок восемь часов».

Послесловие к роману написала Валерия Новодворская. Ее текст был лестным для романиста, но столь беспросветным по тональности, что ни в одно издание, кроме самого первого, послесловие не попало: прочие издатели шарахались от неутешительных прогнозов Валерии Ильиничны, как пряничный человечек от садовой лейки.

В 1995 году, когда почти одновременно в России вышло три издания романа (в Саратове, Москве и Смоленске), я решил выпустить эту книгу где-нибудь в дальнем зарубежье. Я выбрал Париж и попросил у Виктора Пелевина (с которым мы в ту пору приятельствовали) познакомить меня с его французской переводчицей. Виктор дал мне адрес, я послал ей книгу и почти год не получал ответа. А когда она все-таки мне позвонила, на календаре был август 1996 года. Переводчица сказала, что книга любопытная, но уже не актуальная: на реальных выборах победил умеренный Борис Ельцин, а вовсе никакой не страшный агрессор, способный поставить мир на уши. А потому, мол, злободневность моей антиутопии естественно сошла на нет.

Мне было жаль, что парижское издание не состоится, хотя в словах переводчицы о «недолговечности» сюжета романа была (как мне поначалу казалось) некая правота. Я и сам допускал, что срок жизни романа «Убить президента» – года два-три, от силы пять.

Увы, я ошибся. За два прошедших десятилетия роман-предупреждение не так сильно устарел – впору выпускать седьмое издание с минимальным апгрейдом или даже без него. Понятно, что нынешний читатель разглядит за персонажами книги уже не тех, кого

когда-то имел в виду автор, но какая разница? Прототипы ушли, архетипы остались. Страх универсален и не подвержен инфляции. Как и двадцать лет назад, мы по-прежнему боимся одного и того же: насильственного возвращения страны к наихудшему варианту «светлого прошлого», за колючую проволоку единомыслия и на грань «великого похолодания», когда на фоне «патриотической» истерии идея захвата высокопоставленных заложников не будет выглядеть такой уж непроходимо сумасшедшей...

А почему, вы полагаете, в реальности-2014 лидеры стран «восьмерки», подумав, решили не приезжать на саммит в Россию? Береженого бог бережет.

Ключевые слова: президент, Украина, политика
Оцените новость
0
18 (432)
от 23
мая
2017
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
1
Хвост, чешуя – дело государственное
Чем больше рыбы, тем крепче продовольственная уверенность.
Наше трезвое счастье
Неожиданно подумал, что знаменитый указ от 16 мая сейчас помнят только пятидесятилетние россияне и, понятное дело, те, кто старше. А ведь кажется, еще вчера только было.
Фронт пошел на бой с мусором
В Саратове состоялся рейд по несанкционированным свалкам.
Размытые тайны прошлого
История маленького села в большой стране.
Хотели 27 миллиардов, а получили в 10 раз меньше
Новый механизм льготного кредитования заработал не для всех.
Реклама


>> ЦИТАТА
архив

Политик Алексей Навальный о России, где президентом стал он
Полная версия интервью

>> СОЦСЕТИ