ГАЗЕТА НЕДЕЛИ В САРАТОВЕ, № 44 (272) от 03.12.2013
максимальное приближение
Недаром её называли «монополькой»
Российский опыт государственной монополии на алкоголь длиннее и разнообразнее зарубежного
Комментарии:0
Просмотры: 1529

Очередной вариант реформы торговли алкоголем обсуждается в Совете Федерации. Осторожно обсуждается, практически за закрытыми дверями. Однако в прессу, кроме уклончивых комментариев, уже отправлен намек на то, что Россия оговорила для себя возможность введения госмонополии на продажу алкоголя после вступления в ВТО. Так что новые правила водочной игры, возможно, совсем близко.

Вильям Васильевич Похлебкин, известный наш советский кулинар, автор исследования «История водки», считал этот напиток индикатором состояния общества. «Государственная монополия на водку – это всегда признак крепкой, твердой, стабильной власти в стране и государственного спокойствия. Как только что-то нарушается во внутренней политике, в ее стабильном, сдержанном течении, так водка «вырывается из-под контроля». И наоборот, как только водке дают возможность «вырваться из-под контроля», так во внутренней политике начинаются всевозможные неустройства», – писал он.

Со стопроцентной уверенностью можно было сказать, что если эти красивые вызывающие слова когда-нибудь попадут на рабочий стол президента нашего Владимира Владимировича Путина, то он загорится идеей установить в России госмонополию как минимум на торговлю алкоголем. Кроме этого довода из разряда психологии, есть и более конструктивный мотив перехода к госмонополии на торговлю водкой. Уже никто в России не скрывает, что экономика наша перестала давать удовлетворяющий чиновников результат. А госмонополия на продажу какого-то ходового товара – это прекрасный механизм пополнения бюджета. Спички и соль уже не актуальны. Но водка, табачные изделия и бензин так и просятся при угрозе экономического кризиса в государственные руки, чтобы стать постоянным источником пополнения бюджетных доходов.

Надо сказать, что идеи о монополии то на производство спирта, то на продажу всей алкогольной продукции начиная с 2009 года будоражат умы современных российских чиновников. В 2012 году, накануне президентских выборов, ее как будто бы даже поддержало правительство Путина, попросив срок для доработки механизмов. И вот в ноябре 2013 года, когда Владимир Путин снова в кресле первого лица государства, за дело, похоже, берутся всерьез.

Сильный правитель всегда брал водку в свои руки

Государственная монополия на продажу ходового товара – прекрасный механизм пополнения бюджета

Питейных монополий, начиная с XV века, в России было несколько

Поверим знатоку Похлебкину, что первая датируется аж 1474 годом. Государство тогда взялось за производство и продажу хлебного вина (водки), меда и пива. В 1553 году та госмонополия закончилась вместе с появлением кабаков, хозяевами которых стали знатные вельможи и бояре.

В 1598 году Борис Годунов запретил торговать водкой частным лицам, и кабаки стали царскими. Известный немецкий путешественник, географ, историк, математик и физик Адам Олеарий писал, что «"кабаки или "кружечные дворы", как их теперь называют, доставляют <...> чрезвычайное количество денег, так как русские, превыше всякой меры, преданы питью водки. Раньше были у бояр и вельмож в разных местах собственные свои кабаки. <...> В настоящее время издан приказ, чтобы ни один боярин или вельможа не содержал кабаков, но все они взяты на великого князя, и в каждом городе учрежден особый дом, откуда получают водку, мед и пиво, с передачей денег лишь в его царского величества казну».

Но строгую отчетность в деликатном деле оборота спиртных напитков наладить не удалось. Управители из особых государственных Приказов, подозревая воровство, ставили каждый год всё более высокие планы по пополнению казны средствами от продажи водки. За недобор несли субсидиарную ответственность не только все причастные к торговле управленцы, но и те, кто их избирал на эту должность – воеводы. К 1648 году по России прошли «кабацкие бунты». Царь Алексей Михайлович подавил их, но созвал Земский собор, на котором запретили продажу водки в кредит, решили уничтожить частные и тайные кабаки – в общем, всерьез решали, как реформировать питейное дело в России.

С 1652 года в Российском государстве вводится очень строгая государственная питейная монополия. После 1681 года она постепенно заканчивается, но в 1695 году Петр I берется налаживать по-своему питейное дело. Воеводам было велено закупить хлеба, построить казенные винокуренные дворы, искореняя частные винокурни.

Но с 1716 года винокурение снова сделано свободным, но обложено налогом по количеству выпускаемого вина. Екатерина II даровала привилегию винокурения дворянству. Ввести государственную питейную монополию пытался Павел I , но только Александру I удалось ненадолго начать контролировать производство и оптовую продажу водки. Новый государь Николай I полностью отменяет государственную монополию. А в 1893 году вновь принимается решение о государственной водочной монополии.

Восемь лет, с 1894-го по 1902 год, идет сложная реформа. Министр финансов российского правительства Сергей Витте реализует идеи царя Александра. Его «крайне мучает и смущает то, что русский народ так пропивается и что необходимо принять какие-нибудь решительные меры против этого пьянства». «Основная мысль питейной монополии заключается в том, что никто не может продавать вино, иначе как государство, и производство вина должно быть ограничено теми размерами, в каких сие вино покупает государство, а следовательно, и удовлетворять тем условиям, какие государство ставит как откупщик», – пишет в воспоминаниях Витте.

В стране победивших большевиков государство несколько десятилетий владело и производством и сбытом алкоголя, собирая на этом продукту более четверти доходов бюджета Советского Союза. В 1992 году Борис Ельцин прекратил алкогольную госмонополию. В 1993 году попробовал все вернуть назад. Не получилось. Так и живем. В условиях негосударственного производства и торговли алкоголем. Пьем столько же. Но сверхдоходы идут мимо государственной кассы. В областной бюджет нашего региона акцизами со всех видах алкоголя собрано в этом году чуть больше 200 млн рублей. «А могли бы собирать миллиарды», – подсчитывают те, кто разобрался в винно-водочной экономике.

Переход к государственной монополии на алкоголь в России всегда имел первой целью фискальную

Планы свои – добиться увеличения доходов казны – правители никогда не скрывали. Вторая цель – охрана здоровья населения и борьба с пьянством – достигается только в том случае, если аппетит на доходы от производства и продажи спиртного у государственных мужей не слишком уж разгорается. Потому как главный фактор распространения пьянства кроется в доступности алкоголя.

В царские времена, например, с этой целью «вино» повсеместно отпускалось в долг. В наши дни можно вести речь о контрафактном алкоголе, который приходит на рынок центральной части России из Казахстана и северокавказских республик. Им легко «закупиться» через знакомых, в то время как в магазинах официальная водка продолжает дорожать. Сегодня стоимость бутылки объемом 0,5 литра составляет в розничной сети 170 рублей. Буквально вчера появилась информация о том, что она может вырасти на 17 процентов. И тогда поллитровка в магазинах станет стоить минимум 199 рублей. Проект приказа федеральной службы по регулированию алкогольного рынка РФ (Росалкогольрегулирование) опубликован на Едином портале раскрытия правовой информации.

«Такое ощущение, что никто не просчитывает последствия таких приказов, – написал в блоге на «Эхе Москвы» член Общественной палаты РФ, сопредседатель Союза потребителей РФ Владимир Слепак. – Зачем это все делается, если увеличение минимальной цены на водку не пополняет бюджет государства? Незаконный оборот алкоголя достиг 70% и продолжает увеличиваться. Объяснения, что данное решение связано с возможным снижением алкоголизации населения, несостоятельны, потому что для этого в стране должен быть ликвидирован теневой рынок. Также несостоятельны ссылки на повышение ставки акциза. Акцизная политика государства обязана регулировать производство и потребление алкогольной продукции с целью положительного воздействия на социальные и экономические стороны жизнедеятельности населения. Отмечу также, что рост минимальной цены на водку приведет к дальнейшему снижению ее выпуска легальными производителями. Остается один вопрос: «Кто заинтересован в сохранении теневого рынка алкоголя и фактическом подрыве российской экономики?»

Чистка российского рынка производителей спиртных напитков, на которых остаются только разрешенные крупные игроки, завышенная стоимость водки в рознице может говорить о том, что государство готовится к введению госмонополии. Какой она будет, тоже уже можно предположить. Скорее всего, государство вынудит частных владельцев крупных заводов продать ему бизнес. А потом будет торговать алкогольным продуктом в частных магазинах по цене не ниже минимальной. И таким образом у нас получится госмонополия наоборот. Потому что в странах, где питейная монополия государства практикуется сейчас, производят алкоголь частные предприятия, а вот торгует государство.

Если получилось, то потом только совершенствовалось

В Швеции в условиях государственной монополии на продажу алкоголя, вина, крепкие алкогольные напитки и крепкое пиво продают только через сеть магазинов Systembolaget. Этот гигант розничной торговли – один из крупнейших мировых закупщиков алкогольных напитков. Крупные производители спиртных напитков пытались неоднократно отменить монополию этого закупщика через Еврокомиссию. Но он и ныне обслуживает десяток миллионов шведских любителей выпить что-нибудь погорячее. В Норвегии таким госмонополистом является компания «Vinmonopolet». С 1996 года в стране появилась еще одна государственная компания «Arcus», которой отдали обязанности по импорту и оптовым операциям, а также монополию на производство и розлив алкогольной продукции. «Vinmonopolet» осталась монополистом только в розничной торговле алкогольными напитками. Утверждается, что ключевым моментом норвежской политики в отношении алкоголя является устранение частных интересов от продажи вина, спиртных напитков и крепкого пива.

В Германии проект питейной монополии связывают с именем Бисмарка. В 1886 году он предлагал оставить винокурение частной инициативе, а государственной привилегией сделать покупку спирта от местных производителей, поставки из-за границы, очистку и переработку алкоголя, а также продажу спиртных напитков. Против проекта восстали и трактирщики, и рестораторы, и потребители. Во Франции агитация в пользу питейной монополии ведется тоже аж с 1880 года. Там все начиналось с проекта «факультативной монополии спирта». Но противники утверждали, что питейная «монополия убьет винокуренную промышленность, нарушит массу частных интересов, вызовет потрясение народного хозяйства Франции и будет способствовать торжеству коллективизма: за питейной монополией были бы введены и другие монополии, и государство забрало бы все в свои руки».

А вот Швейцария установила питейную монополию законом от 23 декабря 1886 года. Приблизительно четверть потребляемого спирта казна должна была приобретать уместных производителей, остальное ввозить из-за границы. Торговля спиртными напитками регулировалась кантонами. Чистый доход от питейной монополии распространялся между ними пропорционально численности их населения. 10% дохода нужно было употреблять на борьбу с пьянством. Хозяевам заводов по производству спиртных напитков выплачивалось вознаграждение – за понесенные в связи с национализацией убытками. Хозяевам торговых точек вознаграждения не полагалось. Перевод винопроизводства и виноторговли под государственное крыло стоил несколько миллионов франков, которые созданному Союзу пришлось одалживать в банках. Уже через пять лет после введения питейной монополии душевое потребление спиртных напитков понизилось на 25%, а спустя еще четыре года – на 40%.

Умирали и не возрождались

Правительство области пытается воскресить рано почившую алкогольную отрасль

Производство алкоголя в Саратовской области и, в частности, производство водки – тема какая-то очень таинственная. Всё вокруг неё покрыто туманом, в свободных неофициальных источниках информация находится только путаная и обрывочная, в официальных – закрытая и заархивированная. И даже память «всё-на-свете-помнящих» саратовских экспертов именно в этом месте вдруг начинает барахлить и сбиваться. Одно известно совершенно точно и никем не оспаривается: раньше водку в Саратовской области делали (много и, бывало, хорошую), сейчас – нет.

Считали трудно и не всех

Саратовская водка, говорят, была известна и пользовалась популярностью еще в далёком XIX веке. И Саратовская губерния в Российской империи была, мол, одним из центров винокурения. В том далёком прошлом здесь было 17 крупных винокуренных заводов, производивших три миллиона вёдер водки в год. И чуть ли не сама Екатерина II преподносила элитную водку, сделанную на Саратовщине, в виде ценных подарков коронованным особам Европы.

В советскую эпоху популярность саратовской водки уже такой громкой не была, но производство её процветало. Сколько точно работало тогда спиртзаводов, с уверенностью сказать не могу. Исторические хроники свидетельствуют о четырёх старейших – Аркадакском, Пугачёвском, Балашовском и Саратовском. А по воспоминаниям экспертов, в середине 1980-х годов, например, в Саратовской области производили порядка 3,5 миллионов декалитров водки в год. И тоже больше чем о четырёх крупных спиртзаводах никто не вспоминает.

Старейшие спиртзаводы Саратовской области в знаменитые 90-е объединились в предприятие «Ликсар». Появился филиал этой компании в Энгельсе – завод «Спиритус». К 2000 году в регионе возник ещё один спиртзавод – в Балтае было организовано производственное ликёро-водочное предприятие «Бализ». К слову, уже в 2000-м году было заметно значительное снижение объёмов производства алкогольной продукции в пределах региона. Совокупно заводы, которых теперь стало больше, чем в 80-е, произвели всего 1,2 млн декалитров водки.

К 2002 году к Ликсару на правах филиала примкнул завод «Ртищевский» (после 2003-го реорганизуется в ООО «Винно-водочный завод «Ртищевский»). Запустили производство ЗАО «Орфей и К», ООО «Ассад».

По данным информагентства «Росалкоголь» за 2005 год, производством водки и ликеро-водочных изделий в Саратовской области занимались тогда шесть заводов, производством спирта – один (Аркадакский завод, входящий в Ликсар и выдавший 358 тысяч декалитров этилового спирта в год).

Несмотря на то что совокупная мощность саратовских предприятий позволяла производить по 2 млн 803 тысячи ящиков водки в год, реальные объёмы были значительно ниже. В том самом 2005 году в нашем регионе было произведено всего 585 тысяч декалитров.

Производителей вина информационное агентство «Росалкоголь» считало отдельно. В первом полугодии 2005 года вино в Саратовской области производили 8 предприятий – «Руно-плюс», «Надежда-97», «Лоза-С», «Оригинал», «ХААДИ-Ойл», «Завод Арарат»,»Саратов-вино», винцех агрофирмы «Николаевская». Во втором полугодии, как рассказывает агентство, по ряду причин (смена собственника, увеличение ставки акцизного сбора) все они закрылись.

Постепенно и необратимо

Серьёзные проблемы саратовской алкогольной отрасли предсказывали ещё в 2000 году, когда министерство по налогам и сборам, существовавшее тогда, выразило крайнее недовольство тем, как идет перечисление акцизов в бюджет региона, и готовность отозвать у неплательщиков лицензии. Собственно рушиться ликёро-водочное производство начало именно в тот период. Не за один день, постепенно, но, как сейчас кажется, необратимо.

Так как основное водочное производство было сосредоточено в Ликсаре, с «загнивания» этой компании всё и началось. Современники говорят, что вокруг предприятия, где всегда «крутились» большие деньги, начались и стали постоянными криминальные разборки. Постепенно Ликсар полностью перевоплотился в источник доходов для людей сомнительной репутации. Качество водки сошло на нет, и именно тогда появилась история с заменой оригинальной продукции безакцизным контрафактом под ликсаровским брендом. С таким товаром конкурировать с производителями из соседних регионов оказалось совсем сложно, и Ликсар прекратил своё существование. Во всяком случае в Саратовской области.

Заводы, входящие в состав компании на правах филиалов, владелец начал по очереди продавать. Балашовский, пугачёвский и саратовский спиртзаводы купили воронежские бизнесмены и назвали свою группу «Волгаспирт». Под этой вывеской производство просуществовало ещё пару лет. После чего в 2007 году, по заявлению собственников, компания закрылась. Говорят, что у владельцев возникли проблемы с получением лицензии. Территория, принадлежавшая ООО «Волгаспирт», была после закрытия заводов продана московским бизнесменам.

Аркадакский спиртовой завод, куда в советское время в качестве сырья сбывали некондиционное зерно некоторые сельские хозяйства, попал в руки предпринимателей из Санкт-Петербурга. Завод работал в несколько ином качестве (выпускал фармацевтическую продукцию, тоже спирт, но с пометкой «медицинский») вплоть до самого 2012 года. В 2012 году завод закрылся по настоянию экологов, которые обнаружили, что отходы своей производственной деятельности предприятие нагло сливало прямо в реку Хопёр, чем нанесло немалый ущерб окружающей среде региона.

Опальный список?

«Спиритус» закрылся в 2000 году якобы из-за проблем с получением лицензии. Закрытие Ртищевского завода объясняется той же причиной. А вот на балтайский «Бализ» в 2008 году, говорят, наехала налоговая служба, и предприятие было признано банкротом через некоторое время. Ещё говорят, что ЗАО «Бализ» переименовалось в ООО «Бализ-алко», однако, несмотря на наличие у предприятия лицензии, фактического производства не велось. Через год в области появилось ООО «Первый Волжский винно-водочный комбинат» (на базе завода «Орфей»). Именно это предприятие продержалось до сегодняшнего дня.

Кстати, эксперты, которые почему-то совсем не хотят светиться в обсуждении водочной отрасли саратовской экономики, сообщили нам, что проблемы с получением или защитой лицензии на производство алкогольной продукции у саратовских предприятий возникали не случайно. На самом деле якобы было негласное распоряжение федерального центра о том, что с такого-то периода водку в России будут производить избранные. То есть были, мол, определены конкретные регионы, где производство разрешалось. Подтвердить эту информацию в официальных источниках не удалось.

Зато мы нашли данные, что, например, в 2011 году ликеро-водочная продукция не выпускалась только в Саратовской, Тамбовской, Мурманской, Магаданской, Сахалинской областях, а также в республиках Ингушетия, Хакасия, Чеченской Республике, Забайкальском и Камчатском краях, Еврейской автономной области и Чукотском автономном округе. Во всех остальных регионах производство сохранилось. Лидером 2011 года стала Московская область, выпустившая 17 миллионов декалитров ЛВП, на втором месте Москва – 11 миллионов декалитров, на третьем Омская область – шесть миллионов декалитров. По четыре с лишним миллиона декалитров произвели Кемеровская область и Республика Татарстан.

Воскрешение в конвульсиях

В настоящее время ООО «Первый Волжский винно-водочный комбинат» (владелец – московский бизнесмен) – это единственный производитель водки в Саратовском регионе. Сегодня это мощный современный производственный комплекс с новейшим оборудованием и передовыми технологиями. Мощность оборудования позволяет производить 3,6 миллиона дал водки в год. Но реальное производство значительно меньше. По итогам 2012 года – 350 тысяч литров. При этом по данным областного минэконома, в 2012 году в Саратовской области на душу населения приходилось больше 10 литров крепких напитков и почти 30 литров пива.

Всего в прошлом году в регионе было продано 1,1 млн декалитров водки, при этом доля местного производителя составляет всего 0,7%. Такая статистика наводит областной минэконом на мысли (которые они озвучивали в ходе различных заседаний) о необходимости возрождения и развития алкогольной отрасли в нашем регионе и доведении доли местного алкоголя на региональном рынке до 50%. Основные надежды ведомство возлагает на Первый Волжский ВВК, который расширяет своё водочное производство (обещает снабжать аж две области) и открывает линию по производству шампанского. Но параллельно ведётся работа по поиску инвесторов для реализации проектов в сфере производства ликёроводочных изделий на территории области. В частности, в настоящее время прорабатывается вопрос о размещении производств с группой компаний «РУДО», ЗАО «С-Кристалл», ООО «Самарский комбинат «Родник», ОАО «Уссурийский бальзам», ООО «Артисан».

Постоянная сухость во рту

Сейчас уже и не вспомнить весь ассортимент водки, которая выпускалась в Саратове во второй половине девяностых. Помню, были «Орфей» и «Золотое дерево», но они выпускались не на Ликсаре, а на другом заводе. Какой была эта водка, честно говоря, не помню, но отзывы о ней были хорошие. Один мой приятель даже на свадьбу дочери ящик покупал.

Но сейчас не об этом. На Ликсаре среди прочих выпускалась водка «Фронтовая». Названа удачно – типа патриотическое воспитание, память о войне. Еще, как я помню, водка была, что называется, социально ориентированная, то есть стоила дешево. Даже очень дешево. Уже одно это настораживало, и до поры до времени я не имел счастья познакомиться поближе. Но, увы, пришлось.

Дело было накануне 9 мая. Так получилось, что вместе с тогдашними губернатором Дмитрием Федоровичем Аяцковым и его вице Владимиром Михайловичем Мароном я поехал поздравлять ветеранов. Точнее, одного конкретного ветерана, жившего на улице Вавилова. Время – восемь утра. Аяцков звонит в квартиру, мы с Мароном стоим чуть в стороне, помощник губернатора держит телевизор – подарок ветерану.

Нам открыли быстро. ДФ с порога завязал разговор – он умел это делать. Помощник пристраивал на тумбочку телевизор. Поздравления, цветы, поцелуи – праздник. И поддавшись праздничному настрою, ветеран полез в буфет и водрузил на стол бутылку «Фронтовой». Хозяйка заворчала, губернатор приобнял ее, подвел, отвлекая, к окну, стал расспрашивать, что и как, убирают ли двор, кто ухаживает за цветами. Помощник к тому моменту ретировался. Владимир же Михайлович Марон, отступая от стола, одновременно подталкивал к столу меня. «Давай, давай, не обижай старика». Мне бы напрячься: ведь ни Аяцков, ни Марон убежденными абстинентами не были, могли при случае... И еще как могли. А тут оба недвусмысленно идут в отказ. На свою беду я подумал: может, в том, чтобы выпить с ветераном водочки, есть моя социальная ответственность?

Ветеран разливал щедро – чуть ли не по полному стакану. Наверное, предполагал, что потом жена не даст ему развернуться. «Давай до дна», – шептал мне в спину Марон.

«С праздником! До дна». И я немедленно выпил.

Сначала показалось, что я проглотил рашпиль. Потом стало ясно, что этот рашпиль кто-то щедро смазал керосином. На глаза накатились слезы, было трудно дышать. Ветеран, судя по его моментально покрасневшему лицу, тоже чувствовал себя не очень. Птицей метнулась к столу хозяйка, спрятала бутылку: «Хватит, хватит». Мы стали прощаться. Когда спускались по лестнице, мне показалась, что губернатор саркастически улыбался, Марон тоже поглядывал на меня иронически. Сочувствия я не увидел на их лицах.

Опьянения не было, зато сразу же разболелась голова. Во рту почти на весь день расположилась безводная пустыня Сахара. «Постоянная сухость во рту», как поет Чиж. Видно, этот питерский музыкант имел знакомство с саратовской «Фронтовой».

Недаром её называли «монополькой»

Успешный опыт алкогольной монополии есть во многих цивилизованных странах

Владимир Мальков, в 1998–2003 годах возглавлял ГУП «Саратовконтроль»:

ВВОДИТЬ МОНОПОЛИЮ КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ

– Вводить госмонополию на торговлю крепкими спиртными напитками нужно как можно быстрее. Я об этом говорил еще в начале 2000-х годов. Тогда эта тема обсуждалась экспертным советом при Госдуме, членом которого я был от Саратовской области. В этом случае частные заводы должны продавать свою продукцию государству, она будет реализовываться через государственные магазины. Успешный опыт такой монополии есть во многих цивилизованных странах. Это оправданная мера, она направлена не только на продажу качественного алкоголя (государство 10 раз проверит), но и на вывод рынка горячительных напитков из тени.

Считаю, что монополия должна быть введена на спиртное крепостью более 25 градусов. А сухие вина и пиво могут продавать и частники. Думаю, что увеличившаяся выручка от продажи водки и коньяка станет дополнительным источником поступлений в бюджет.

Главное, сделать это постепенно, по территориям. В каждом районе должны появляться специализированные государственные магазины. Когда станет ясно, что их достаточно, частные можно будет закрыть. Нельзя допустить, чтобы появились очереди. В каждом регионе за введение монополии должен отвечать один человек. К его компетенции будет развитие сети государственных магазинов по продаже спиртным. Возможно, в центральной части городов, где плотная застройка, придется выкупать помещения у частников. В новых районах необходимо сразу предусмотреть строительство таких магазинов.

Что касается монополии на производство водки, то это спорный вопрос. Основная прибыль в этом бизнесе – от реализации. Производители всё равно покупают акцизы у государства. Да и на какие средства строить государственные заводы? Никто в одночасье средства на это не выделит. Это долговременный процесс, можно постепенно открывать производства в каждом регионе в конкуренцию частным.

Елена Никонова, начальник отдела надзора по гигиене питания управления Роспотребнадзора по Саратовской области:

ОТРАВЛЕНИЯ СВЯЗАНЫ С КОЛИЧЕСТВОМ ВЫПИТОГО, А НЕ КАЧЕСТВОМ СПИРТНОГО

– По состоянию на 31 октября 2013 года зарегистрировано 674 случая острых отравлений спиртосодержащей продукцией, что в 1,3 раза меньше количества отравлений за аналогичный период 2012 года (891). Летальных исходов тоже стало меньше – 376 против 533.

С начала года проверено 433 предприятия, торгующих спиртными напитками, в том числе пивом. Исследовано 188 образцов алкогольной продукции, некачественный алкоголь не выявлен. И жалоб не качество алкоголя от населения не поступало. В прошлом году жалобы были, но скорее курьезного характера: «Выпил, но не достиг желаемой стадии опьянения». Было забраковано 425 литров горячительных напитков, но претензии были по оформлению документов, а не по качеству. Из 674 случаев отравления 80 процентов приходится на отравление этиловым спиртом. То есть человек выпил гораздо больше, чем организм в состоянии усвоить. И четыре пятых летальных исходов – тоже по этой причине. 16–20 процентов приходится на отравление суррогатами. В этом случае в ход идут непищевые жидкости – растворители, средства для розжига и проч.

Роспотребнадзор участвует в экспертизах по уголовным делам, связанным с некачественным алкоголем. Как правило, это напитки домашнего производства. Выносят потребителю мутную жидкость в пластиковой бутылке. Тут и крепость может быть не та, и наличие вредных примесей выше допустимых значений. А вот такое понятие, как «нелегальный алкоголь», совсем не значит «некачественный». Это напитки, выпущенные в обход требований государства, при реализации которых нарушается финансовая дисциплина.

Я не исключаю, что введение государственной монополии на продажу спиртного поспособствует легализации алкогольного рынка. И в этом случае будет достигнут определенный экономический эффект.

Леонид Писной, член комитета областной думы по экономической политике, собственности и земельным отношениям:

МОНОПОЛИЯ ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЕЕ, НО ВОЗМОЖНО СОЦИАЛЬНОЕ НЕДОВОЛЬСТВО

– Я считаю, что с учетом многих тысяч случаев отравления некачественным алкоголем государственная монополия на особо популярные напитки, к коим относится водка, конечно, предпочтительнее. Плюс это даст возможности дополнительных налоговых отчислений. Но надо понимать, что государственная монополия на водку начнет вытеснять суррогаты. Наши граждане в большинстве своем гонятся за количеством, а не за качеством, а доступное количество для наших граждан определяет цена. И если цены при монополии начнут расти, наши граждане вполне могут начать проявлять социальное недовольство.

Александр Журбин, председатель саратовского областного общественного учреждения «Щит потребителя»:

ЛЮДЯМ НУЖНО ОБЕСПЕЧИТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ЗАНЯТЬСЯ ЧЕМ-ТО ДРУГИМ

– Меня совершенно не интересует, кто будет продавать водку. Нужно не говорить о том, как водку продавать и что пить вредно, а обеспечивать людям возможность заняться не выпивкой, а чем-то другим. И воспитывать в этом направлении. В парках нужно не церкви строить, а предусматривать возможность культурного проведения досуга родителей с детьми.

Одна из причин пьянства – это бедность. Хотя многие люди, которых бедными не назовешь, не знают, чем им заняться. Отсюда безверие и то же пьянство.

Константин Мошкин, начальник дирекции эксплуатации магазинов сети универсамов экономкласса «Пятерочка»:

ОБОРОТЫ СНИЗЯТСЯ, НО КАТАСТРОФЫ НЕ БУДЕТ

– Не важно, кто будет производить водку. Производство в полном объеме может быть государственным. Главное, чтобы качество продукции и ее объемы совпадали с потребностями населения. Что касается торговли, то логично было бы объявить госмонополию на спиртное с содержанием алкоголя свыше 25 процентов, то есть на водку и коньячные напитки. Мы, как торговая сеть, заинтересованы в том, чтобы в наших магазинах был представлен весь спектр алкогольных напитков, включая водку, вино и пиво. Но, конечно, если будет объявлена госмонополия на продажу алкогольной продукции, мы подчинимся. Это, безусловно, снизит обороты нашей компании, но катастрофических последствий не повлечет.

Оцените новость
0
Новости партнеров
42 (411)
от 6
декабря
2016
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
Мы еще и «золотое сечение России»
В Саратове со сдержанной помпой прошло торжественное празднование 80-летия Саратовской области.
Губернаторы ждут списков
В общем, пока наша территория жила своей жизнью, в федеральных средствах массовой информации появилась утечка из администрации президента.
Директор СПГЭС ответит за нарушения
Поставщик ресурсов неправомерно начислял плату гражданам, установившим счетчики электроэнергии, поддавшись на уговоры коммерсантов.
«Саратов – пуп земли»
На стенах Театрального института появились две мемориальные доски.

>> ВАШЕ МНЕНИЕ
архив

Наталья Касперская заявила, что данные о россиянах в сети в целях безопасности должны принадлежать государству. Готовы ли вы подарить свои данные (поисковые запросы, переписка, фото и видео и пр.) властям?
Проголосовало: 111
1
НАШИ РУБРИКИ:
7 дней с Дмитрием Козенко, «Саратовские страдания», а где-то есть тёплые страны, банковская отчётность, беседы с инсайдером, билет до детства, блогосфера, былое, вы можете помочь, гадание на символе, город, граффити, деду Морозу и не снилось!, деловые женщины, залп хлопушек, интервью, информация, итоги года, итоги года: культура, итоги года: политика, каталог, конфетти, краем глаза, кстати сказать, максимальное приближение, нам отвечают, ничего смешного!, новости вековой давности, новости полувековой давности, новости полуторавековой давности, общество, объявление, печальные итоги: экономика, письмо в редакцию, политика, получите подарочек!, примите наши поздравления!, путешествия, разговор у ёлки, регион, реклама, репортаж, с Новым годом!, с праздником!, с юбилеем!, серпантин: день за днём, сновидения, события, спорт, фейерверк, фото недели, фоторепортаж, экономика
Реклама

>> ИНТЕРВЬЮ
архив

Новый прокурор Саратовской области Сергей Филипенко на встрече с журналистами о работе ведомства

>> СОЦСЕТИ