«Большой, как солнце, Балашов…»
22.04.2013, 09:00
Комментарии:0
Просмотры: 1578
Сергей Боровиков,
писатель (Саратов)

Можно бы начать так: приезжать из Саратова в Балашов все равно, что из Москвы в Саратов. Но, возвращаясь из Москвы, я, едва лишь завижу безобразные придорожные пейзажи из уродливых гаражей и свалок, тотчас хочу обратно в столицу.

А вот бежать из Балашова в «столицу» Поволжья мне не хотелось.

Несколько дней – мало, чтобы полюбить, но достаточно, чтобы очароваться.

Балашов такой же прямоугольный, только центральные улицы пошире, чем у нас. Очень просторно, ведь машин немного. Видел всего два светофора. И ни одного гаишника. Даже и в загородной поездке в деревню Николевка, расположенную на хоперском крутояре, у обширного соснового бора, где на песчаной усыпанной хвоей тропинке следы кабанов и светятся медью стволы в закатном солнце.

И – честное слово – ни разу не видел пьяного или просто заметно выпившего балашовца. Хотя полным-полно кафе, «Горилка» присутствует, всякие там «Букеты Чувашии» открыты допоздна, а пьяных нет. Я уж предположил у себя в зрении некий охранный механизм: надоело видеть из года в год, изо дня в день пьяных, вот и не вижу. Но возвратился, не успел сойти с электрички – идут, голубчики, спотыкаются, красавцы.

Вообще не первый раз отмечаю, что в так называемых малых городах поведение горожан ближе к европейскому, чем в Саратове. В Энгельсе наблюдал, в Пугачеве, в подмосковной Коломне, и вот в Балашове. Словно бы у них побольше чувства собственного достоинства.

В городе видны следы двух прежних городов: уездного и созданного по воле Хрущева областного центра, когда отрезали по куску от Саратовской, Сталинградской, Воронежской и Тамбовской областей и создали Балашовскую. Было то в 1954-57 годах, и от той поры остались самые настоящие «сталинки» в центре, их едва ли не больше, чем в Саратове. А дореволюционные двухэтажные дома, среди которых есть и провинциальный модерн, очень похожи на саратовские, только содержатся прилично и нигде нет омерзительной «точечной» застройки, погубившей центр Саратова.

Беда сейчас – хоперская вода, отравленная аммиаком Аркадакского спиртзавода. Я долго стоял вечером на старом мосту, смотрел на блестящую поверхность весенней воды, на которой кружился мусор половодья, заворачивались во все стороны буйные водоворотики. И нельзя было не думать о том, что она – ядовита. Мне говорили, ею из-под крана даже и для кипячения не пользуются. Сам видел, как самый ходовой товар, в руках горожан пятилитровые баллоны с питьевой водой.

Привыкшему к раздражающим уличным сценам саратовцу удивительны тишина и неторопливость даже и на центральных улицах, названия которых, увы, сплошь все большевицкие, вроде перекрестка палача и трепача – Володарского и Луначарского. Улицы Ленина и Советская, и Карла Маркса, но ничего, это не самое главное. А вот то, что на этой самой карлемарксе пешеходная «рубиновая линия» не обросла торжищами, не калечит уши прохожих гнойной «музыкой», а нетороплива, как сам отдых, а главное развлечение – прокат беззвучных детских электромобильчиков, на которых бесстрашно разруливают юные балашовцы.

Основные корпуса пединститута расположены в самом-самом центре, там, где в других городах обычно размещаются администрации. Меня тронуло, что когда в советские времена Москва отказала в финансировании строительства, эти достойные здания строили методом народной стройки – таков, значит, всегдашний патриотизм горожан.

Студентки такие же милые и красивые, одеты так же стильно, как и в Саратове, и в Москве, лишь с одной разницей – идешь по институтскому коридору, и они с тобою, незнакомым, все до единой здороваются. Ребята тоже, просто их очень мало. Марка филфака балашовского высока, и мне было лестно читать там лекции.

В городе и уезде были старые и обширные культурные корни. Кто здесь только не побывал, кого не вдохновило Прихоперье: от Державина и Вяземского до Рахманинова и Пастернака, в легендарной Зубриловке черпал темы Борисов-Мусатов. Литературные сюжеты порой встречаются неожиданно. На старинном двухэтажном особняке, занимаемом подразделением администрации, мемориальная доска: «В этом здании 5-7 октября 1919 года состоялось заседание чрезвычайного трибунала по делу донского казака командира особого Донского конного корпуса, будущего командарма 2-й Конной армии Филиппа Кузьмича Миронова». Так ведь это уже Юрий Трифонов – роман «Старик»!

Много памятного хранит «большой, как солнце, Балашов». Странная, казалось бы, строка вырвалась у Пастернака – ну какой же он большой, он и сейчас маленький. Это любовь вдохновила поэта на стихи, на книгу «Сестра моя жизнь» – Елена Виноград, за которой помчался Пастернак летом 1917-го в Балашов и Романовку. И все же верю, что солнечная метафора рождена не только страстью великого поэта, но и самим городком на Хопре.

Оцените новость
0
41 (410)
от 29
ноября
2016
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
Загнанные в подполье
Полиция попыталась сорвать занятия Школы расследователей в Москве.
Словно друг юности умер
Знаете, так бывает: дружил с человеком в молодости. Общались достаточно близко, а потом жизнь развела. Встречались разве что случайно. Потом узнал, что болеет. Потом – что умер.
«Облава» на Быковых?
На поливных полях Марксовского района стартует сезон «черных раскопок».
Кредитная трясина
По данным газеты «Коммерсант», объем просроченной задолженности застройщиков Саратовской области за 10 месяцев 2016 года составил 9,63 млрд рублей. Это 59% от общего объема задолженности строителей региона.
Каждый ход хуже предыдущего
Направо пойдешь – социальный бунт обретешь, налево пойдешь – в долговую яму попадешь.

>> ВАШЕ МНЕНИЕ
архив

Вячеслав Володин лишил депутатов Госдумы новогоднего корпоратива. В областной думе тоже отказались от новогодней вечеринки. Будете ли Вы отмечать Новый год с коллегами?
Проголосовало: 522
Вы ведете блог и считаете, что он будет
интересен нашим читателям?
Пришлите ссылку на Ваш блог нашему редактору
Реклама

>> ИНТЕРВЬЮ
архив

Новый прокурор Саратовской области Сергей Филипенко на встрече с журналистами о работе ведомства