Репортаж
Смертный приговор для беженца
01.09.2013 // 12:05
Комментарии:0
Просмотры: 3893

Фото Денис Юлин

«Ни-вы…ня...ни-вы-га…ниайте минья атсуда», – с трудом произнес Юсуф на камеру текст, который только что написал в транскрипции арабской вязью, а потом выучил. Подумал и добавил: «Пажалуйста». Для Юсуфа, а точнее, уже Иосифа, этот текст кажется такой же абракадаброй, как для меня то, что он накарябал в моем блокноте справа налево. Он – житель Ирака, которому областное УФМС на днях вынесло, по сути, смертный приговор, хотя смертная казнь у нас в стране запрещена по закону.

Приглашение на казнь

Первоначально информацию о гражданине Ирака, принявшем христианство, которого выдворяют из России, распространил комитет «Гражданское содействие» – федеральная общественная благотворительная организация помощи вынужденным мигрантам.

Заместитель председателя комитета Елена Буртина рассказала, что для мусульманина принятие христианства несовместимо с жизнью, так как за переход в другую веру в мусульманских странах полагается смертная казнь. В России Иосиф обратился за статусом беженца. Ему отказали не только в статусе, но даже во временном убежище. Наше государство сочло, что «гуманные причины, требующие временного пребывания гражданина Республики Ирак… на территории РФ, отсутствуют».

Сотрудники комитета не согласны с таким решением. «Мы считаем, что он совершенно классический беженец. Это довольно редкий случай, когда так совпадают обстоятельства – до полного соответствия ситуации человека и определения беженца, которое содержится в законе о беженцах и Женевской конвенции о статусе беженца. Житель Ирака преследуется за религиозные и политические убеждения. В частности, за то, что перешел из ислама в христианство, а по шариату переход в другую религию – это один из трех случаев, за которые предусматривается смертная казнь. Также он негативно настроен к тому, что происходит в Ираке, критически относится к деятельности пользующихся большим влиянием религиозных группировок, в частности «Армии Махди», которая очень популярна на шиитском юге Ирака, откуда он родом.

Наш герой в свое время бежал от режима Саддама Хусейна в Иорданию, вернулся в надежде на то, что со смертью правителя политический режим закончился, но на смену диктатуры Саддама пришла диктатура таких группировок. Это военно-политические вооруженные организации, которые фактические терроризируют население, навязывают свою волю, расправляются с несогласными. Он критически высказывался в отношении «Армии Махди» и ее лидера Муктада ас-Садра. Когда американцы убили лидера Аль-Каиды, Иосиф поддержал эту меру и сказал, что таким же образом следует поступить с Муктадой ас-Садром, который тоже использует террористические методы в своей деятельности.

Когда Иосиф понял, что исповедовать свои взгляды на территории Ирака не может, а скрывать их тоже не может (это противоречит его натуре), решил выехать в Россию. Был в Москве, обратился в миграционную службу, чтобы его направили в центр временного размещения беженцев. Его отправили в город Очёр Пермского края, в фактически единственный на тот момент центр временного размещения беженцев. Позже центр закрыли, а всех, кто там жил, перевели в аналогичный центр в Красноармейске Саратовской области.

Комитет «Гражданское содействие» полагает, что решения миграционных органов, которые отказали Иосифу в статусе беженца и во временном убежище, неправомерны. Статус беженца предусматривает защиту преследуемых по одному из пяти признаков. Согласно конвенции, такой статус может получить лицо, которое опасается «стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений; находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может пользоваться защитой этой страны или не желает пользоваться такой защитой вследствие таких опасений». То есть выходец из Ирака соответствует как минимум двум из этих пяти признаков беженца. Тем не менее саратовское УФМС в этом году отказало ему даже во временном убежище.

Как рассказала Елена Буртина, временное убежище получить намного легче – это гуманитарный статус, который дает гораздо меньше прав и предоставляется не бессрочно, как статус беженца, а на год с возможностью продления тем людям, которые не соответствуют статусу беженца, но которых негуманно выдворять в их родную страну: «Мы совершенно не ожидали отказа в предоставлении временного убежища. Поскольку ко всем причинам, которые мешают Иосифу вернуться в Ирак, добавляются медицинские проблемы, а они чаще всего служат основанием для предоставления такого статуса. Мы подумали, ладно, в статусе беженца, хоть и незаконно, нашему подопечному отказали, но уж временное убежище ему должны предоставить, тем более что он не совсем здоров. После публичного высказывания против «Армии Махди» его избили, и он получил серьезный перелом ноги, который лечил в домашних условиях. У него до сих пор нога очень сильно болит, есть и другие проблемы со здоровьем».

Решение саратовского УФМС во многом воспроизводит решение миграционной службы Москвы, отказавшей Иосифу в статусе беженца. По словам Буртиной, и то, и другое решение обходит вопрос – а опасно ли ему возвращаться в Ирак: «А это главный вопрос, который нужно решить миграционной службе, когда она рассматривает возможность предоставления статуса беженца или временное убежище. Если бы оно поставило для себя этот вопрос, на него нет другого ответа – конечно, опасно. Потому что по возвращении новообращенного христианина в страну, где имеет значение шариат, он будет убит. Этот приговор могут осуществить кто угодно – любые люди, которые сочтут, что имеют дело с таким отступником, в том числе его собственные родственники».

Таким образом, это решение можно, без преувеличения, назвать смертным приговором, и миграционная служба это хорошо знает. На вопрос, почему тогда она принимает такое решение, Буртина ответила кратко: «Наверное, потому что им все равно, а человеческая жизнь для них ничего не стоит».

«Любовь к людям сделала меня моложе»

Ни по-русски, ни по-английски Иосиф почти не говорит. Единственный язык, на котором он может свободно изъясняться, – арабский. Поэтому при встрече пришлось прибегнуть к услугам переводчика. В его роли выступил еще один обитатель центра временного размещения мигрантов, который за время своего пребывания в России успел неплохо выучить русский. В этом мы убедились, когда он объяснял, почему не следует упоминать в публикации его имя: «Иначе мне здесь п****ц будет!»

Одет бывший Юсуф по-простому: рубашка, шорты из обрезанных джинсов и сланцы. Как объяснил переводчик, на большее у него нет денег. То, что он араб по происхождению, мало заметно в его внешности. Если случайно встретить его на улице, можно подумать, что он европеец – настолько светла его кожа. С такой внешностью он бы вполне вписался в российское общество. Мудрые, глубоко посаженные глаза под густыми бровями; волевой подбородок, волосы аккуратно зачесаны назад и собраны в хвост, а в уголках глаз – морщинки, свидетельствующие о том, что их обладатель добрый человек и любит улыбаться. Вот только поводов для этого у Иосифа в последние годы немного...

На вопрос, нет ли у него европейских корней, отвечает, что в моем замечании нет ничего удивительного – «все мы, люди, одинаковые». По его словам, отсутствие родственников в России стало одной из основных причин, почему он решил приехать сюда.

«У меня много где есть родственники – в Австралии, США, Турции, в других европейский странах. Но проблема в том, что они очень религиозные. Если они узнают, что я принял христианство, им станет стыдно, они не будут общаться со мной. Более того, они могут приехать сюда и убить меня, чтобы кровью смыть позор с нашей семьи. Они просили адрес, чтобы навестить меня, но я не дал – не хочу, чтобы они случайно узнали обо всем», – сказал Иосиф. Он говорит, что иногда общается с ними через интернет, а с мамой созванивается. «Она очень старая, я боюсь, если она узнает, у нее будет инфаркт».

По поводу своих религиозных предпочтений высказывается охотно: «Когда я был маленький, я думал, что все люди по умолчанию хорошие. Когда вырос, то понял, что ислам не такая совершенная религия, потому что не учит, что я должен любить всех, кто вокруг меня. Христианство, наоборот, говорит: полюби ближнего как самого себя».

В ходе разговора выяснилось, что собеседник – мой коллега, журналист, а также поэт и писатель, пишет стихи с малых лет. Он показал мне свои тетради, исписанные каллиграфическим почерком, и рассказал, что мысль сменить религию посетила его еще в 1996 году, когда он написал стихотворение об Иисусе Христе.

Архитектор по образованию, Иосиф стал журналистом и публиковал статьи против действующего режима в оппозиционной газете Azzaman. В 1999 году, спасаясь бегством от режима Саддама, уехал в Иорданию, где прожил до 2010 года. Там он работал часовым мастером.

В 2007 году принял христианство. «Я чувствовал, что свободен и люблю людей. Если человек плохо к тебе относится, ты должен его простить. Это то, чему учит христианство – любить других людей, даже если они тебе делают плохо. Любовь к людям сделала меня моложе», – рассказал Иосиф.

В 2010 году его арестовали за работу без специального разрешения и посадили в тюрьму, где пытали: «После этого я боялся смотреть в сторону полиции, у меня началась сильная депрессия, и я решил вернуться на родину в надежде, что там сейчас все изменилось. Но ошибся. У моей семьи начались проблемы из-за меня, и меня не убили только потому, что наша семья известная и уважаемая. Вскоре моя родня заметила, что со мной что-то не так, и я решил уехать. Я готов был ехать куда угодно, лишь бы там не было моих родственников и я смог молиться без опаски быть пойманным».

Беженец хромает на правую ногу и передвигается при помощи костыля – напоминание о том моменте, когда он открыто высказал свою позицию. По его словам, сейчас он здесь страдает, но надеется, что все изменится, если ему дадут временное убежище. Его просьбы о создании специальных медицинских условий были проигнорированы. Он пять раз устраивал голодовки из-за того, что на него не обращают внимания: две в Москве, одну в Перми и две – тут. Сейчас он не может спать из-за трудностей с дыханием. По медицинским показаниям он не должен жить в таком месте, говорит переводчик, а Иосиф в это время показывает мне многочисленные жалобы, написанные на арабском и переведенные на ломаный русский язык им самим с помощью интернета. Чаще всего в них встречается слово «пожалуйста» – им начинается и заканчивается каждая жалоба. В одной из них он спрашивает, почему вопреки заключению врачей о том, что ему после операции нельзя застужать нос, он был отправлен в холодный Пермский край.

Надежда умирает последней

Иосифу трудно представить, что будет, если его депортируют: «Возможно, завтра – мой последний день. Я не знаю, что буду делать. Наверное, прекращу пить и есть. Если меня депортируют, это будет очень серьезное преступление. Преступление против всех русских. Русское общество будет чувствовать себя виноватым из-за меня. Я уважаю русский народ. Да, я страдаю сейчас. Есть люди, которые плохо относятся ко мне, но есть много тех, кто относится хорошо. Я хочу попросить Русскую православную церковь помочь мне», – признался Иосиф, добавив, что надеется, что в дело о его депортации вмешается ООН. «А УФМС?» – спрашиваю я. «А УФМС – пофиг», – в очередной раз демонстрирует мне познания русского языка переводчик.

Мы записываем несколько дублей видеообращения Иосифа. Сначала он пишет текст на листочке, учит, репетирует, повторяет про себя, потом, наконец, выговаривает: «Я очень страдать. Пажалуста мине памагите. Ни выганиайте минья атсюда». Произношение русских слов дается ему с трудом.

Когда мы едем обратно, к центру временного размещения, он мечтает о том, что будет, если ему разрешат остаться.

«Мне уже почти 50 лет. Я думаю, пора жениться. Я хочу жениться на русской девушке. В России красивые девушки и очень красивая природа. Как будто часть рая», – улыбается Иосиф.

По словам адвоката Жанны Бирюковой, 27 августа Иосиф получил от одного из подразделений «рая» уведомление о вынесении решения о депортации, в котором сказано, что он должен покинуть страну в течение пяти дней. Этот срок истекает со дня на день. «Мы оспорили это решение. Управление УФМС грубо нарушает статьи 32-33 Конвенции о статусе беженцев. Мы также обжалуем отказ в предоставлении временного убежища. 4 сентября будет судебное заседание. Получается, что он не исчерпал все судебные способы защиты, а его депортируют. Кроме того, он повторно подает ходатайство о признании его беженцем. Но были случаи, что мы бежали с этими жалобами за уезжающей машиной УФМС, однако уже было поздно. Если это произойдет, депортированному пять лет нельзя будет въезжать на территорию нашей страны», – говорит Бирюкова.

За новообращенного христианина готова вступиться и Русская православная церковь. Митрополит Саратовский и Вольский Лонгин пообещал помочь в случае письменного обращения в епархию:

«Об этой ситуации пока я могу судить только на основании тех публикаций, которые появились в интернете: гражданин Ирака, о котором идет речь и имя которого не указывается, ни ко мне лично, ни в Саратовское епархиальное управление не обращался. Если такое обращение последует, мы постараемся разобраться в ситуации, и, если она действительно такова, какой ее представляют интернет-СМИ, обратиться с ходатайством в УФМС по Саратовской области.

Действительно, в ряде стран Ближнего Востока обращение человека в христианство является уголовно наказуемым, вплоть до смертной казни, преступлением. По данным, которые приводит председатель ОВЦС митрополит Волоколамский Илларион, сегодня в мире преследованиям и дискриминации подвергается не менее 100 миллионов христиан. Церковь старается привлечь внимание государственной власти и влиятельных международных институтов к этой трагедии. В частности, свою озабоченность ростом преследований христиан в мире наша Церковь выразила в специальном заявлении Священного Синода от 30 мая 2011 года», – отметил Владыка.

Получается, что наше государство слишком избирательно подходит к вопросу о беженцах. Юсуф живет в России почти два года. Чем он хуже того же Сноудена, которому уже через месяц предоставили убежище? Или мы разрешаем подняться на борт нашей лодки только тем иммигрантам, которые для нас политически выгодны?

Оцените новость
1
Новости партнеров
42 (411)
от 6
декабря
2016
ЧИТАТЬ СВЕЖИЙ НОМЕР В PDF архив
Мы еще и «золотое сечение России»
В Саратове со сдержанной помпой прошло торжественное празднование 80-летия Саратовской области.
Губернаторы ждут списков
В общем, пока наша территория жила своей жизнью, в федеральных средствах массовой информации появилась утечка из администрации президента.
Директор СПГЭС ответит за нарушения
Поставщик ресурсов неправомерно начислял плату гражданам, установившим счетчики электроэнергии, поддавшись на уговоры коммерсантов.
«Саратов – пуп земли»
На стенах Театрального института появились две мемориальные доски.

>> ВАШЕ МНЕНИЕ
архив

Наталья Касперская заявила, что данные о россиянах в сети в целях безопасности должны принадлежать государству. Готовы ли вы подарить свои данные (поисковые запросы, переписка, фото и видео и пр.) властям?
Проголосовало: 267
1
Реклама

>> ИНТЕРВЬЮ
архив

Новый прокурор Саратовской области Сергей Филипенко на встрече с журналистами о работе ведомства

>> СОЦСЕТИ